– Довольно долго.

Я закрыла глаза рукой.

– Я сильно фальшивила?

– Частенько. Но очень мило.

Я рискнула выглянуть между пальцев.

– Сначала это была «Гордая Мэри». Но когда выяснилось, что тебе не даются высокие ноты, ты перешла… ну, к сущему попурри. Немного Дина Мартина. «Битлы». «Ерт», «Уинд-энд-Файр». Ты в какой-то момент Алу Яньковику подражала?

Я чуток выпрямилась, чтобы придать себе авторитета.

– И что с того?

Он насмешливо склонил голову набок:

– Да брось, «Найди себе яйцо и взбей», это же гениально.

Он пожал плечами.

Я нахмурилась:

– Тебе не следовало подслушивать. Надо было отключиться.

– Я не мог отключиться. Это было просто потрясающе.

Я скорчила гримаску, дескать, «да ладно».

– Я серьезно не мог отключиться. Я не хотел вешать трубку. Я понял, что слушать тебя предпочел бы всему остальному на свете. Я понял, что даже если ты терпеть меня не можешь, даже если ты заслуживаешь кого-то в тысячу раз лучше – и здоровее – меня, даже если единственно правильным было бы оставить тебя в покое, у меня все равно нет выбора, мне надо поехать за тобой. И на следующее утро «Лендровер» вроде как сам собой домой приехал.

Я помолчала.

– А как же киты?

– Я все равно успеваю. У меня еще целых три дня.

– Ты собираешься назад в Денвер?