— Смотри, радуга. — Настя ткнула пальцем в распахнутое окно. Над Золотым мостом висела огромная, яркая, с чётко выраженными цветами, радуга и казалась настолько прочной и основательной, словно по ней можно было без малейшего страха пройтись или даже прокатиться на велосипеде. — И в воде красиво отражается. Почти круг.

— Как символично, — заметил Димка, обнимая невесту. — Радуга — это олицетворение всех красок жизни. Во многих культурах она является знаком бесконечного милосердия Бога и его любви к людям.

— Это, конечно, очень поучительно, ботаник ты мой драгоценный, — съехидничала Настя, — но я намекала на романтичность момента и поцелуй.

На другом балконе Боря так же обнимал Наталью. Девушка откинула голову на плечо своего мужчины и дышала глубоко, медленно. Ей было просто хорошо. Она любит, любима, они с Борисом скоро поженятся и уже ждут малыша, о котором она всегда мечтала, едва ли не с первой встречи с ним, её мужчиной.

— Нет, ну ты посмотри, какая она. Представь, сколько конфеток «Скиттлс» можно из неё выжать, там не то что на ведро — на бассейн хватит! — пожадничал неромантичный Борис, и Наталья рассмеялась этому неожиданному замечанию, безумно «подходящему» моменту.

— Люблю тебя. Я очень люблю тебя, Борь, — нежно и искренне прошептала она, разворачиваясь для поцелуя.

Солнце быстро, но не теряя величия, скрывалось за полосой горизонта, последними лучами лаская и обнимая город. Город у моря, в котором люди любимы и счастливы.

Конец.

Бонус

Бонус

Двадцать пять лет спустя

— Мама, я хочу жить в общежитии! — заявила темноволосая сероглазая красавица. — Нет, не так. Мама, я буду жить в общежитии. И точка!

— Олеся, ну какое общежитие? Мы ведь специально оставили вам квартиру в городе, чтобы поближе к университету, а ты… — Настя в очередной раз начала объяснять прописные истины своенравной дочери, но та и слышать ничего не хотела.

— Бла–бла–бла, — студентка–второкурсница корчила мордаху и закатывала глаза точь–в–точь как Борис, и Настя не выдержала, улыбнулась, хотя стоило сделать дочери замечание за непослушание. — Ма, я ведь не думала, что с этими извергами будет так сложно. И я сейчас не про братцев, заметь! Они, слава богу, меня понимают и поддерживают. Зато Андрей с дядей Борей вообще озверели! Один следит за мной в универе, второй у дома караулит всех парней, что…

— Каких парней?

Олеся обернулась на отцовский голос и состроила самое невинное выражение на лице из своего арсенала. Папу она не видела почти две недели — ужасно долгий срок! — и сейчас была искренне рада это исправить. Только вот суровое выражение тёмно–серых глаз прямым текстом намекало выбирать выражения тщательнее и поменьше говорить про парней.