— Камиль, — и выговорить слова не могу. Как мне его благодарить? Как выразить…

— Завтра тебе позвонит твой бывший начальник. Ему срочно потребовался сотрудник.

— Камиль?

— И сегодня переночуй в отеле, а завтра возвращайся в свою квартиру. Есть кое –что на Антона, что ему больше никогда не позволит тебя побеспокоить.

— Камиль…

— Лида?

— А ты… То есть…

— Мне нужно смотаться в Москву к отцу. Когда я приеду, мы обо всем поговорим, ладно?

— Ты надолго?

— Я не знаю, Лид. Отцу хуже. Нужно решить несколько вопросов в его компании.

— Ты же не хотел. Ну, то есть не хотел участвовать в делах его компании.

— Верно. Но ты меня научила тому, что порой нужно забыть о своем «хочу» и вспомнить о дурацком «надо».

Он смотрит мне в глаза, чуть наклоняется и почти целует, но тут же шепчет.

— Слишком много зрителей.

Касается губами щеки и просто развернувшись, уходит. А я смотрю ему в след и чувствую, что совершила самую большую ошибку в жизни, когда вот так же отвернулась от него, по сути унизив. Дура….

По моей щеке скатывается капля, и я быстро стираю ее, чтобы подошедшие ко мне мама с сестрой ничего не сказали.

— Может он не такой уж и плохой. Этот Камиль.

Мне не удается остановить свое желание закатить глаза. Но я скрываю это, повернувшись к Тихону и взяв его на руки.

— Мы подадим апелляцию! – раздается голос матери Антона, когда мы идем в сторону выхода. – Не думай, что теперь…

— Мам, закрой рот, а. Все кончилось.