И вот, появился её след по одному из каналов. Потом ещё раз, и ещё. Не сказать, что я мечтал о встрече, но всё же думал об этом. Представлял. Поэтому, когда замаячил реальный шанс убедиться, что и эта часть плана сработала до конца, не мог не воспользоваться случаем.

Вот только никто похожий у входа в гостиничный дом так и не появился.

И это, черт возьми, нервировало.

С такими мыслями я и поднялся в номер, а спустя время уже прогуливался по местному парку при отеле. Две застывшие фигуры, установленные местным архитектором, привлекли мое внимание больше остальных. Выточенные из дерева кот в сапогах и медведь в кафтане, как по заказу, стояли совсем недалеко друг от друга.

Можно было бы оставить Лере послание именно в этом месте, но приглядевшись, убедился, что меня опередили. В лапах у кота я заметил край бумаги, похожей на сверток. Значит, ошибки нет.

Она была здесь, и совсем недавно.

Прочитав послание, я тут же смял его.

Дьявол!

Какое-то время так и стоял, рассматривая горизонт перед собой. Представлял происходящее здесь ещё несколько часов назад. Валерия очень живо описала всё в письме. Ухмыльнулся.

Я должен что-то испытывать. И испытывал. Досаду, негодование. И что-то неприятное, покалывающее внутри. Возможно, от чрезмерного удивления.

Не мог поверить в то, что кто-то мог просчитать мои шаги.

Тешила лишь одна мысль — в Валерии Ниловой я не ошибся. Пожалуй, лишь ей я мог подобное простить. И даже восхититься.

Усмехнулся, уже собираясь парк покидать, но вдруг с порывом ветра обернулся. Казалось, горный воздух наполнился ароматом недавнего прошлого, неуловимого, ускользнувшего прямо из-под носа. И отчего-то я живо представил описанное в письме хрупкой рукой Валерии.

Вот она идёт по парку, слегка покачивая бедрами. Свободно и независимо. Заправляет прядь за ухо, немного волнуется, но глаза горят. Её окликает по обыкновению раздражающий меня Ларионов:

«Крошка, нужно поторопиться!»

«Я почти закончила…»

Вот Лера вкладывает в деревянную лапу кота послание и снова оборачивается — на этот раз к ней подбегает мальчишка, тот, с которым уже засветился Ларионов, и которого я принял за отпрыска от кого-то другого. Не от Лерки. Но нет. Он протягивает к ней свои руки и звонко кричит:

«Мама, папа повезет нас на новом джипе!»

Ларионов обхватывает его и Леру в крепкие объятия. От этой картины я непроизвольно морщусь. Артём треплет по голове мальчишку и произносит:

«Идите к машине, я сейчас вас догоню».