«Блин, как он это делает?», — улыбаюсь сама себе, но сейчас я ему благодарна. Я надеваю очки, и как-то сразу становится спокойнее. Пищит телефон. Сообщение от Хиро:

«Всё в порядке?»

«Да. Жду посадку. Из самолета напишу. Спасибо за очки и кепку. Люблю тебя».

«И я люблю тебя».

Как же я буду скучать по нему. Мне грустно. Я открываю Инстаграм, последние дни я сюда даже не заходила, тем более Хиро отключил уведомления. Тут куча всего: новые подписчики, лайки, комментарии и сообщения. Но я сразу обращаю внимание на уведомление о публикации Хиро, конечно открываю её.

На фото мы с ним в аэропорту. Смотрим друг на друга, руки Хиро у меня волосах и мы вот-вот поцелуемся. Очень красиво, точно Люк фотографировал, он, как никто, умеет момент поймать. Читаю подпись к фото: «Сегодня впервые в жизни был в роли провожающего. Это отстой, ребята…. До встречи, детка. Люблю тебя». Я больше не сдерживаю слёзы, даю им прокатиться по щекам.

Скидываю капюшон, водружаю на макушку очки, подбирая ими растрёпанные волосы и быстро делаю селфи на фоне самолётов. Я не задумываясь, размещаю фото в свой профиль, естественно отмечая Хиро. Ну и что, что в глазах слёзы, а нос красный, я улыбаюсь ему. «Прощаться невыносимо, особенно, когда мое сердце остается с тобой… Скоро увидимся, обещаю. Люблю тебя, мой Герой».

Наконец объявляют посадку. Я устраиваюсь в своём кресле в первом классе и сразу пишу сообщение Хиро и папе. Они оба желают приятного полета, а я обещаю сообщить, как приземлюсь. Когда самолет начинает движение, прошу стюардессу не беспокоить меня до места назначения. Я перевожу телефон в режим полёта, включаю себе музыку в наушники, опускаю пониже капюшон толстовки и закрываю глаза. Из-за переживаний и бессонной ночи силы меня оставляют и под тоскливую музыку «In The End»7 я засыпаю. Мне снятся такие любимые и родные пухлые губы, ямочки на щеках и зелёный взгляд Хиро.

Эпилог

Эпилог

— Ника, ешь кашу, — строго говорю я и встречаю упрямый взгляд дочери.

— Не хочу кашу, — надувает она губы и складывает руки на груди.

Мы сидим в кухне за столом напротив друг друга и пытаемся позавтракать. Точнее я пытаюсь накормить её завтраком. Моя пятилетняя дочь сущий дьяволёнок с ангельским личиком. Такая же дерзкая и упрямая, как её мама.

— Хорошо. А что ты хочешь на завтрак? — я пытаюсь поменять тактику.

— Шоколадное печенье, — мечтательная улыбка расползается на её лице, а зелёные глазки блестят, как маленькие изумрудики.

— Ты же знаешь, что мама будет нас ругать, — шёпотом говорю я.

— Мамы же здесь нет, как она узнает? — так же шёпотом спрашивает Ника.