— Наша мама всегда всё знает. Давай, сначала каша, потом печенье, — твёрдо говорю я.

Ника отодвигает тарелку и снова надувает губы.

— Ты не умеешь варить кашу, — говорит она на русском языке.

— Я умею варить кашу, — отвечаю на родном английском, а дочь смотрит на меня, прищурившись. — Да, Ника, я понимаю, что ты говоришь, — я беру ложку и ем свою порцию. — Ммм, я суперваритель каши. Ням-ням, вкуснятина.

Ника заливается звонким смехом, пока я дурачусь и корчу ей рожицы.

— Чем это вы тут занимаетесь? — Лара спускается со второго этажа, на ней надет халат, а волосы еще растрёпаны после сна. — Доброе утро, муж, — она целует меня в губы. — Доброе утро, дочь, — чмокает Нику в макушку.

— Да, вот воюем с завтраком, — улыбаюсь я своей жене.

Лара встает между нами, упирается локтями в стол и смотрит на нас по очереди.

— Мама, у папы каша невкусная, — жалуется дочка.

— Не может быть! Папа, а ну дай попробовать. — Я отправляю ложку каши Ларе в рот. — Ммммм, как вкусно. — Причмокивает она. — А теперь, Ника, дай попробую твою. — Ника пододвигает свою тарелку к себе и усердно, высунув кончик маленького язычка, набирает в ложку кашу, а потом также отправляет её в рот своей маме. — О, боже мой! Да эта каша ещё вкуснее! — Облизывает губы Лара. — Да, ты сама попробуй.

Ника недоверчиво смотрит на маму, а потом пробует кашу. Я встаю и усаживаю жену на свое место. Она выглядит уставшей.

— Ну не знаю, — протягивает слова наша дочь.

— Попробуй эту. — Лара двигает к Нике мою тарелку, та зачерпывает ложку каши из неё и ест. — Ну как? А теперь снова свою. — Ника послушно пробует.

— Моя вкуснее, — гордо заявляет она и начинает уплетать свою порцию за обе щеки.

Мне остается только улыбаться, наблюдая за семьей. Моя жена везде, всегда и со всеми выходит победителем!

— Милый, каша, правда, превосходная. — Лара с удовольствием ест, а я радуюсь такой мелочи, как её аппетит. — Кажется, ты становишься отменным кулинаром, — она мне подмигивает. — Можешь налить мне сок?

— Ты хотела сказать кофе? — удивлённо подмечаю я.

— Нет. Не сегодня, — она отводит взгляд. Меня это смущает, но я выполняю её просьбу. Ей и вправду лучше пить меньше кофе, может и спать будет крепче.

— Почему ты так рано встала? — Выгребаю из кастрюли остатки каши и сажусь рядом.

— Мне позвонила тётя Брук. — От этих слов Ника тут же замирает и в ожидании продолжения вытягивается, как по струнке. — Она спросила, не знаем ли мы какую-нибудь девочку, которая сможет покататься с Келли на аттракционах? Папа, мы знаем такую девочку? Послушную, которая хорошо кушает, умывается и чистит зубки, а ещё собирает за собой игрушки?