— Что?

— Как это было? — Артём берет телефон, что-то печатает быстро.

Ответ риелтору Анастасии, наверное. По лицу непонятно, но полагаю, положительный.

— О чем ты думала? Насколько это было похоже на наш секс? Мне любопытно. И я достаточно пьян, чтобы послушать.

Он опрокидывает бокал, допивая. Мой — пуст.

— Рассказывай, или я открываю вторую бутылку.

Вдох-выдох.

— Хорошо. Я тебе не расскажу, а покажу. Но руками не трогай, ладно? Я больше не шлюха, меня нельзя лапать, когда вздумается.

— Не буду.

— Одолжишь рубашку?

— Да.

Я спешу в спальню, стягиваю штаны, майку. Крашу губы яркой помадой. Достаю из шкафа белую рубашку. Застегиваю на несколько пуговиц так, чтобы было видно плечо и лямочку от лифчика. Пальцы немного дрожат, и на каждую пуговицу тратится в три раза больше времени, чем следовало бы. Встряхиваю волосы. Кричу:

— Включи, пожалуйста, песню! На планшете последняя прослушанная. Называется «Подруга»!

Едва из колонки звучат первые аккорды моей новой любимой песни, я поднимаюсь на цыпочки и возвращаюсь в кухню. Приглушаю свет. Артём чуть отодвигается от стола и мрачно пялится.

Выставляю вперед ногу и начинаю двигаться под музыку.

Поворачиваюсь, хлопаю в ладони. Восьмерка бедрами. Потом грудью несколько раз подряд.

— Касаться всегда неприятно. Поэтому, приезжая на встречу, я всегда максимально долго оттягивала контакт, — рассказываю с улыбкой. Совершаю несколько резких движений, соблазняя. — Мои бывшие клиенты — богачи. Они устали, замотаны, жаждут релакса.

Я поднимаю вверх ногу, грациозно опускаю. Слегка задираю рубашку. После чего расстегиваю одну пуговицу, показывая белье.

— Чем дольше ты смотришь, тем сильнее хочешь. Я тебя даже не коснулась, а прелюдия в самом разгаре.

Замочек на лифчике спереди, я расстегиваю и его, танцую так, чтобы можно было увидеть сосок. Опускаюсь на пол, переворачиваюсь. Движение кошки. Мах ногой вверх и поднимаюсь.