И хоть хэппи энд нас не настиг, надо прислушаться к Даниэлю... Сейчас я понимаю для чего стоит жить.... Для себя и ради ребёнка... Но я никогда не забуду те восхитительные моменты. Я буду хранить в памяти самые красивые мгновения нашей жизни... Нужно смириться с тем, что теперь его нет со мной. Нужно свыкнуться с тем, что меня ждёт другой путь... Нужно принять то, что люди не возвращаются, но память о них будет храниться вечно.

Вы спросите как так вышло, что я всё ещё жива? Дурочка же выстрелила в себя.

Я тоже так думала, точнее я не просто думала. В тот момент я только этого и желала, но что-то помешало мне. Если быть точне, то кто-то... В последний момент чья-то тяжёлая рука отвела пистолет в сторону и пуля пронеслась вдоль моего уха, задев лишь мочку. Выстрел оглушил меня, обездвижил, да не только выстрел. Всё навалившееся парализовало меня. Помню лишь то, что кто-то вытащил меня на улицу, а там мною занялась полиция и скорая помощь.

Я четыре недели провела в больнице. Правда, я назвала бы это место психушкой. Там следили за моим эмоциональным фоном, ведь до них каким-то образом дошло, что я пыталась свести счёты с жизнью... И ничего бы не изменилось... ведь я превратилась в овощ... Я не хотела жить, не хотела видеть солнечный свет, закрылась от посетителей. Не могла смотреть на Изи, ведь она напоминала мне его... Я утопала в ощущениях... Я узнала, что такое быть раздавленной и абсолютно уничтоженной. Я чувствовала боль там, где раньше никогда не болело. Каждую ночь я вспоминала мельчайшие детали и мучила себя мыслью о том, что я его больше никогда не увижу... Даниэль ушёл навсегда...

Но в один день всё изменилось. Новость о том, что я беременна, наполнила меня жизнью. Я училась заново дышать без него. Я училась жить без него. Я начала постепенно отходить, но стоило выписаться из больницы, как депрессия вернулась вместе с реальностью. Там, в четырёх стенах, я была закрыта от всего, я заблокировала память, а сегодня всё разом вернулось. Здесь, на склоне, где так часто любил бывать Даниэль, я вспомнила его слова. Он говорил Меган, что бесплоден...

Но чьего ребёнка тогда я ношу под сердцем?

Как только я приехала домой и нашла посылку, которую каким-то образом отправил мне Даниэль, я сразу же поехала к океану, чтобы попасть на склон. Здесь на вершине Изи развеяла его прах, только здесь я могу побыть рядом с ним.

Я сижу тут уже битый час, время близится к полуночи, но я не хочу уходить. Сижу на качелях и сжимаю у груди коробку с письмом, всматриваясь в звёздное небо.