Сорок лиц повернулись к нам, полные ожидания и радости, и каждый думал, что мы с Дрю признаемся друг другу в любви. Только мои родители и еще пара человек так не думали; удивительно, как быстро распространяются сплетни. Я взглядом нашла Лайлу, и она торжественно кивнула, молча поддерживая меня.

Я слушала, как Дрю говорил, наблюдала, как улыбки на лицах сменяются шоком и замешательством, слышала перешептывания. Я думала, что буду чувствовать унижение или даже страх, но на самом деле все мои мысли были заняты только Кори и его малышкой, и мне очень хотелось оказаться рядом с ними.

«Моя семья», – подумала я, и те, кто наблюдал за мной в этот момент, ошибочно приняли мои слезы за сожаление о том, что мы с Дрю все разрушали.

Гости медленно расходились, почти каждый подходил к нам, чтобы выразить сожаление, и вечеринка по случаю помолвки стала похожа на поминки. Банда собралась вокруг меня, болтая и задавая мне вопросы приглушенными голосами, с широко распахнутыми глазами, под впечатлением от интриги всего произошедшего. Я пообещала рассказать им все в понедельник в «Бельведере» на встрече, на которую не собиралась идти.

Ко мне подошли Джон Лоусон и Майкл Дуни, первый поцеловал меня в щеку, второй стоял неподвижно, держа руки за спиной.

– Выражаю свое сочувствие, – хрипло произнес мистер Дуни. – Вы казались хорошей парой.

– Мне очень жаль, милая, – сказал Джон. – Понимаю, сейчас не время и не место говорить о делах, поэтому я просто оставлю это у тебя… – он начал протягивать мне портфель, в котором содержались детали чрезвычайно прибыльного партнерства, но я оттолкнула его.

– Я увольняюсь.

– Прошу прощения? – мистер Дуни втянул воздух сквозь зубы.

– Мне очень жаль, Джон, мистер Дуни. Я напишу официальное заявление об уходе и отправлю его вам к понедельнику.

– Но, Алекс… – Джон Лоусон выглядел так, словно я предала его.

– Какая пустая трата времени, – мистер Дуни развернулся и вышел.

– Мне очень жаль, – сказала я. – Не потому, что я увольняюсь, а потому что оставляю вас разбираться с Манро. И мистером Дуни.

– Могу я спросить, почему? Не как босс, а как друг?

– Я не смогу посвящать себя работе, – я улыбнулась. – Уже нет. По крайней мере, не так, как вам это нужно.

Джон вздохнул, сунув портфель под мышку.

– Ну, это же бизнес, верно? Не могу сказать, что я в восторге от потери адвоката такого уровня, но я всегда восхищался твоей смелостью, – он легонько поцеловал мою руку и отпустил. – Знаешь, кого мне действительно жаль, так это Кристофера. Если Манро не откажется от нас, то ему придется снова взяться за это дело.