– Алекс?

Кори отпустил меня, его лицо внезапно вытянулось и исказилось болью. Я ободряюще сжала его руку и, подойдя к Кэлли, опустилась перед ней на колени.

– Привет, милая. Не можешь уснуть?

Кэлли покачала головой.

– Я слышала, как вы разговаривали. И мне снятся плохие сны, – ее темные глаза взглянули на Кори, который подошел и встал позади меня. – Я хотела убедиться, что ты все еще здесь, папочка.

Я подняла глаза и увидела, как эти слова поразили его, увидела, каких усилий ему стоило улыбнуться.

– Я никуда не уйду, милая. Никогда. Я клянусь тебе.

Кэлли кивнула и снова посмотрела на меня.

– Тебе так идет это платье. Вечеринка, которую мы видели, была в честь дня рождения?

– Нет, милая. Давай вернемся в постель. Уже поздно.

Я взяла ее за руку, отвела в комнату и уложила в постель. Кори стоял у двери, наблюдая за нами.

– Моя мама уехала, – сказала Кэлли, ее нижняя губа дрожала. – Мы должны были поехать на Аляску вместе, но она уехала без меня.

– Я знаю, детка.

– Ты знаешь, почему? Я спросила папу, но не думаю, что он знает.

– Я не знаю твою маму, Кэлли, поэтому не знаю наверняка. Но я могу сказать тебе, что я думаю.

– Ладно.

«Если у тебя и правда был талант произносить убедительные речи, сейчас самое время. Это тот самый момент».

Я сделала глубокий вдох.

– Я думаю, твоя мама ищет то, что она потеряла давным-давно.