Я думала, что почувствую радость и легкость после этого разговора, однако в голове возникает все больше и больше вопросов.

Как они могли доверить незнакомому человеку целую виллу-отель? Они все это время были в курсе, где я находилась? Что об этом думал сам Крис?

Крис… Он же не знает, где я…

Листаю свои переписки и пытаюсь найти знакомое имя или хотя бы номер, однако его нет. Мы списывались с ним перед свадьбой, но я не могу найти диалог. Ни по датам, ни по имени, ни по сообщениям. Я не удаляла диалог с ним. Значит, это сделал кто-то другой. Тот, кто знает пароль от моего мессенджера.

– Аманда? Все хорошо? – позади меня материализуется знакомый низкий голос. Мне не стоит оборачиваться, чтобы посмотреть в темные глаза и увидеть Хозяина. Не сейчас.

– Да. То есть нет.

– У тебя есть ко мне какие-то вопросы?

Есть. Много. Огромная куча. Но не к тебе, а к родителям, к Крису, к своему окружению, ко всем, кто был со мной после аварии и поддерживал. Хозяина не было рядом, я уверена, и сейчас я не хочу нарушать ход восстановления моей памяти. Наверное.

– Почему родители отдали тебе виллу?

– Этот вопрос стоит задать им.

– Значит, они знали, что я здесь?

– Думаю, ты сама знаешь ответ на вопрос, – серьезно отвечает мужчина и садится рядом.

Его темные глаза окидывают мое расслабленное тело от кончиков волос до кончиков пальцев. Он зарывается пальцами в мои волосы и нежно поглаживает, делая массаж коже головы. Я бы расслабилась, но мысли о предательстве семьи не оставляют меня в покое. Папа вообще не хотел со мной разговаривать, словно у него были дела поважнее, чем собственная дочь. От этой мысли стало досадно и горько… ужасно горько…

– Обними меня сзади, – прошу его и ложусь на бок к окну.

Мужчина не медлит, ложится позади меня и укладывает руку под моей грудью. Он не ласкает ее, не сжимает, не пытается возбудить. Просто обнимает и прижимает к своему сильному телу, пока из моих глаз катятся слезы.

Когда-то Крис обнимал меня также после выписки из больницы. Я лежала на боку, а он клал руку под моей грудью. Говорил, что так он лучше чувствовал мое сердцебиение. Но я откидываю эту мысль прочь.

Глава 59

Глава 59

Мне больно видеть твои слезы. Больно видеть, как ты сжимаешься в кокон и пытаешься спрятаться от всего мира. Я обещал, что защищу тебя от боли, помогу восстановить память. Ведь ты так страдала из-за этого, плакала ночами от беспомощности и потерянности. Я всего лишь хотел помочь, но создавалось ощущение, что своими действиями делал только хуже.

Я делал больно, вытаскивал через неё прошлое из тебя. Я видел, как ты радовалась успехам, улыбалась в тайне от меня, думая, что я ничего не вижу. Но я наблюдаю за тобой, вижу насквозь. Ведь я знаю тебя лучше других, лучше, чем твои родители, лучше, чем ты сама.