И от этой мысли мне стало грустно, тоскливо. Мне самом не нравилось ее обманывать, лишать возможности увидеться с родителями, но так надо, по крайней мере, для ее же блага.
И от этой мысли мне стало грустно, тоскливо. Мне самом не нравилось ее обманывать, лишать возможности увидеться с родителями, но так надо, по крайней мере, для ее же блага.
Она обязательно все вспомнит. Она обязательно вспомнит меня.
Она обязательно все вспомнит. Она обязательно вспомнит меня.
Я зашёл в переговорную, где сидел мистер Гранд, удерживая в руках черную маску. Хорошая маскировка, однако Аманда все равно узнала его.
Я зашёл в переговорную, где сидел мистер Гранд, удерживая в руках черную маску. Хорошая маскировка, однако Аманда все равно узнала его.
– Спасибо, – единственное, что он произнёс.
– Спасибо, – единственное, что он произнёс.
– Пока не за что.
– Пока не за что.
– Доктор говорил, что она может что-то не вспомнить.
– Доктор говорил, что она может что-то не вспомнить.
– Не упустит, я прослежу за этим.
– Не упустит, я прослежу за этим.
– Вам нужно вернуться через месяц.
– Вам нужно вернуться через месяц.
Его голос звучал железобетонно. Мистер Гранд не любил, когда ему отказывали. Никогда не любил. С ним было сложно спорить, но мне приходилось преодолевать это препятствие, как семь кругов ада.
Его голос звучал железобетонно. Мистер Гранд не любил, когда ему отказывали. Никогда не любил. С ним было сложно спорить, но мне приходилось преодолевать это препятствие, как семь кругов ада.
– Ей рано возвращаться домой. Она не вспомнила и половины.
– Ей рано возвращаться домой. Она не вспомнила и половины.