Светлый фон

Мы ехали в машине в полной тишине, не проронив ни слова. Я не хотела ничего говорить, а он… он просто вез меня домой. Молча, без комментариев. И эта тишина угнетала меня, убивала изнутри. Моя душа переполнена таким фонтаном эмоций, что я не могла предположить, что его можно испытывать одновременно. От счастья и удовлетворения до чувства вины и стыда.

Мы ехали в машине в полной тишине, не проронив ни слова. Я не хотела ничего говорить, а он… он просто вез меня домой. Молча, без комментариев. И эта тишина угнетала меня, убивала изнутри. Моя душа переполнена таким фонтаном эмоций, что я не могла предположить, что его можно испытывать одновременно. От счастья и удовлетворения до чувства вины и стыда.

Кажется, я попала по полной программе. Снова.

Кажется, я попала по полной программе. Снова.

Снова запуталась, снова не желала ничего решать. И это убивало меня изнутри, изнуряло, заставляло чувствовать то, что не должна. Не обязана. Но чувствую. Путаюсь. Саморазрушаюсь. Он, скорее всего, понял, что произошло между нами, а отец просто послал его забрать меня отсюда. Он звонил много раз, писал, оставлял голосовые в мессенджере, которые я не прослушала.

Снова запуталась, снова не желала ничего решать. И это убивало меня изнутри, изнуряло, заставляло чувствовать то, что не должна. Не обязана. Но чувствую. Путаюсь. Саморазрушаюсь. Он, скорее всего, понял, что произошло между нами, а отец просто послал его забрать меня отсюда. Он звонил много раз, писал, оставлял голосовые в мессенджере, которые я не прослушала.

Нам рано или поздно нужно поговорить, я должна признаться в произошедшем с Крисом и расставить наши отношения по местам, чтобы… Чтобы избежать этого гадкого чувства дешевой шлюхи. Или, может, Пенни права, назвав меня таковой вчера на вечеринке и сегодня в школе? Может, я заслужила эту травлю, раз предала человека, который был со мной рядом в самые трудные моменты и поддерживал?

Нам рано или поздно нужно поговорить, я должна признаться в произошедшем с Крисом и расставить наши отношения по местам, чтобы… Чтобы избежать этого гадкого чувства дешевой шлюхи. Или, может, Пенни права, назвав меня таковой вчера на вечеринке и сегодня в школе? Может, я заслужила эту травлю, раз предала человека, который был со мной рядом в самые трудные моменты и поддерживал?

– Я… я хочу…

– Я… я хочу…

– Поговорим позже, – перебил меня мужчина.

– Поговорим позже, – перебил меня мужчина.

Он спокойно удерживал руль одной рукой, пальцы твой поглаживали образовавшуюся складку между бровей, которая выдавала его негодование и злость. Я бы хотела снова разрушить эту тишину, сказать, что ночь с Крисом ничего не значила. Но разве я смогла бы соврать ему? Соврать самой себе?