Слова, которые я когда-то мечтала услышать от другого, прозвучали из уст моего охранника. Мое сердце сжалось и тут же раскрылось в благоговении. Или я перепутала это чувство с остротой и опасностью, которую избегала всю жизнь?
Слова, которые я когда-то мечтала услышать от другого, прозвучали из уст моего охранника. Мое сердце сжалось и тут же раскрылось в благоговении. Или я перепутала это чувство с остротой и опасностью, которую избегала всю жизнь?
Я мельком взглянула на Криса, который сжал руки в кулаки и едва сдерживался, чтобы не наброситься на моего телохранителя. Он ходил из стороны в сторону, иногда поглядывая на разразившийся эпицентр скандала, пока не встретился со мной глазами. Его голубые глаза наполнены болью и отчаянием, а мои… ненавистью. Презрением за предательство и боль. Он снова делал мне больно. Или это месть от того, что я бросила его и убила его морально, как он меня два года назад?
Я мельком взглянула на Криса, который сжал руки в кулаки и едва сдерживался, чтобы не наброситься на моего телохранителя. Он ходил из стороны в сторону, иногда поглядывая на разразившийся эпицентр скандала, пока не встретился со мной глазами. Его голубые глаза наполнены болью и отчаянием, а мои… ненавистью. Презрением за предательство и боль. Он снова делал мне больно. Или это месть от того, что я бросила его и убила его морально, как он меня два года назад?
– Мы пришли, чтобы попрощаться, – внезапно сказал мой телохранитель. – Мы пришли за вещами.
– Мы пришли, чтобы попрощаться, – внезапно сказал мой телохранитель. – Мы пришли за вещами.
Что? За какими вещами? Хотя какая разница? Судя по тому, как здесь все меня ненавидят, и как я ненавижу эту чертову семейку, я ни за что не хочу оставаться в этом доме. Ни с теми, кто дружит с моим врагом и предателем.
Что? За какими вещами? Хотя какая разница? Судя по тому, как здесь все меня ненавидят, и как я ненавижу эту чертову семейку, я ни за что не хочу оставаться в этом доме. Ни с теми, кто дружит с моим врагом и предателем.
– Ты не тронешь мою дочь.
– Ты не тронешь мою дочь.
– Тронет и еще как! Поехали отсюда.
– Тронет и еще как! Поехали отсюда.
– Аманда Гранд! – разразился громом отец.
– Аманда Гранд! – разразился громом отец.
– Я терпела постоянные переезды, два года надо мной насмехались, а этот упырок предал меня и разбил сердце! – я показала на Криса. – Ты занимался грязным бизнесом, а теперь хочешь, чтобы я по струнке мирно ходила? Я люблю его, и никто меня не остановит на пути к счастью.
– Я терпела постоянные переезды, два года надо мной насмехались, а этот упырок предал меня и разбил сердце! – я показала на Криса. – Ты занимался грязным бизнесом, а теперь хочешь, чтобы я по струнке мирно ходила? Я люблю его, и никто меня не остановит на пути к счастью.