Арина с полуулыбкой заводит детскую песенку. Я, внеорбитным зрением, вожу глазами то к ней, то к Стасу.
Накопленная матрица собирается неоновыми всполохами на задворках сознания. Я, в состоянии ледяной статуи, стою посреди холла.
Фраза из старого фильма, проскользнувшая мимолетно, утягивает в понимание. Мир моих иллюзий перестает существовать.
Как по нитям разбираю мелкие фрагменты, запутанного Риной пранка.
Это ее изощренный почерк.
Все именно так, как было в детстве. Сначала, она меня запугивала. Потом, спасала. Я становилась послушной и выполняла нелепые требования. Не сопротивлялась, боясь потерять ее расположение.
Бабочки — символ нашей настоящей семьи — она хотела, чтобы я все вспомнила.
Лилии — моя самая большая фобия — не прекращающийся полугодовой кошмар. Именно их присутствие — туманили разум, мешая рассмотреть истинную личину коллекционера
В этот раз, все зашло слишком далеко. Да и я, больше не та наивная семилетняя дуреха, готовая на любые подвиги, лишь бы сестра оставалась, мной довольна.
Боже! Уровень моей глупости — зашкаливает по всем отметкам.
Гневно разворачиваюсь, убивая насмерть Арину ненавидящим взглядом.
— Ты психопатка!! Ты хоть понимаешь, что я пережила?!! — ору во всю глотку, — Я думала — ты умерла! Я думала, что за мной охотятся!! Больная…. Имбицилка! Прекрати, петь эту песню!!
— А то что? — бросается в наступление она, стремясь подчинить своим натиском.