– Ну, в смысле… — провожу пальцами по подбородку, смотрю напряженно из-под бровей на жену. — Это не опасно?

Алена, снисходительно улыбнувшись, подходит к стулу и, сняв со спинки мои штаны, приблизившись, обхватывает теплыми нежными руками за торс.

Голубые озера глаз смотрят снизу вверх так спокойно, что моя недавняя паника почти на «нет» сходит.

– Конечно, нет, дорогой! – успокаивает. — Все так, как оно и задумано природой, – едва касается изящными пальчиками моей грубой покрытой щетиной скулы. — Достань сумку из шкафа, а я пока позвоню Наталье Сергеевне.

Как был, в пижаме, тороплюсь в коридор, только одного не могу понять - какую сумку? Синюю дорожную?

– Да, мы в течении получаса будем в больнице. Хорошо, Наталья Сергеевна, обязательно! - доносится голос Алены из спальни, когда я возвращаюсь со своей ношей. Сбросив вызов, любимая, прикусив губу, растирает медленными движениями поясницу, но, когда замечает меня с сумкой в дверном проеме, глаза, подернутые поволокой боли, озадаченно распахиваются шире.

– Ты зачем дорожную сумку достал?

Улыбается, глядя на меня, а я, как дурак, стою - не догоняю, что не так.

– А-ааа! Мысленно хлопнув себя по лбу, тороплюсь в гардеробную, где своего часа уже несколько месяцев дожидается прозрачная сумка для роддома. Через специальное окошко можно без труда разглядеть содержимое: памперсы, салфетки, лосьон и множество всего, что, как утверждает Алена, просто необходимо для младенца.

Через пару минут мнусь у выхода из квартиры, стараясь собрать в кучу хаотичный поток мыслей. Хожу по квартире, как завхоз, беспокойно оглядывая новое хозяйство и сверяясь со списком, ничего ли не забыл. Егорка, будто чувствуя мое настроение, под ногами вертится. Шикнув на зверька, потираю лоб, пытаясь сосредоточиться.

– Ключи, документы… черт! – останавливаюсь возле вешалки, оглядываюсь по сторонам. Напряжение мышцы на скулах сводит. — Вроде бы ничего не забыл.

Сажусь на корточки и привычным движением ставлю изящную ножку жены себе на колено, чтобы застегнуть замок на зимнем сапожке. Накидываю шубку на плечи любимой, заботливо застегнув на все пуговицы, поправляю широкий воротник. Затем стремительно накидываю на себя куртку и пропускаю к выходу первой жену. Прежде чем выйти в общий коридор, Алена замечает и ее голос дрожит от смеха.

– Дорогой, ты только сам обуться не забудь.

С удивлением опускаю взгляд вниз. Чертыхаюсь, глядя на свои ноги в носках. Путь до родильного дома занимает не так уж и много времени. Светофоры зелёным путь освещают. В роддоме встречает раздражающий запах медикаментов. Минут сорок у нас уходит на заполнение всяких документов и только потом нас отправляют в родовую палату. Нервничаю так, как в своей жизни не нервничал.