Потом появилась Эмми.

Она была первым человеком, который подтолкнул меня, с ее неотразимым сочетанием вздорности и хрупкости, пойти глубже. Позволить себе заботиться. Позволить себе чувствовать. Секс с ней был лучше, чем с кем-либо другим, из-за этой эмоциональной связи. И мысль о бессмысленном сексе с кем-то другим просто ради удовольствия была мне отвратительна — я бы даже не смог этого сделать. И я не хотел этого. Я хотел только ее.

Мой план забыть ее, и вернуться к прежней жизни не срабатывал. Я скучал по ней. Нуждался в ней. Тосковал по ней.

Я принял решение.

Когда вернусь домой, я постучу в ее дверь. Даже, если она захлопнет дверь перед моим носом через 2 секунды, это будет того стоить.

Я должен был увидеть ее.

Спустя 30 минут я стоял перед ее дверью. Мое сердце билось слишком быстро. Я поправил волосы и галстук. Проверил дыхание и молнию. Сделал глубокий вдох.

Затем я постучал и ждал.

Ничего.

Я постучал снова.

Нет ответа.

Возможно, она работала сегодня вечером. Должно быть, она много работала всю неделю, потому что я не видел ее ни разу. Или же она пыталась избегать меня, что было вполне возможно.

Я уже собирался снова постучать, когда услышал ее смех. Я повернулся к лифту, и увидел, что она идет по коридору, держа телефон у уха. Меня словно ударили кулаком в живот — я не мог дышать.

— Да, точно, — говорила она. — Это звучит идеально. Я… — она заметила меня, и остановилась. — Миа, я могу тебе перезвонить? Спасибо. Пока, — она опустила телефон. Выражение ее лица говорило о том, что она не очень рада меня видеть. — Что ты делаешь?

Я, черт возьми, понятия не имею.

— Я… я забыл ключ, — сказал я.

— О, — она наклонила голову. — Где Пейсли?

— С ее мамой. Я позволил Рейчел забрать ее, — и тут же я почувствовал себя виноватым за это. — У нее был жар, а я не знал, что делать… — я начал потеть. Я хотел снять свой костюм. — Я подумал, что ей будет лучше с матерью.