Вообще не до улыбок как-то.

– Что, проблемы с котёнком?

– Да. На вопрос ответь.

Очевидно, мой серьёзный взгляд и отсутствие положительных эмоций, заставляют Стаса стереть ухмылку с губ.

– Да, конечно, в силе, Глеб. Ты, что, во мне сомневаешься?

Тяжело выдохнув, тянусь к графину с водой и плескаю немного в стакан. Залпом выпиваю.

– Нет. Не сомневаюсь. Просто ты в последнее время пашешь как в жопу ужаленный. Вот и спросил.

– Ну, разгребусь с работой в течение пары дней, и сразу займусь твоей Инной, – отвечает серьёзно. – Мне вот только интересно, куда делась твоя категоричность по данному вопросу? Ты же яро не хотел под неё копать. А тут вдруг приходишь... И рожа у тебя ещё какая-то помятая.

Уверен, рожа у меня именно такая, как описывает брат. Последние два дня были просто каким-то мучением.

– Категоричность в заднице после того, что произошло пару ночей назад.

– И что же?

– Инне кошмар приснился.

Стас скептически выгибает бровь.

– Ты псих? Ну, приснился, и что теперь? Кошмары всем снятся. С каких пор страшные сны стали поводом узнавать о прошлом человека? Нет, ну я, разумеется, всё выясню, но сразу тебе говорю – повод ты нашёл странный.

– Это был не просто страшный сон. Там что-то другое. Ты не слышал, как она кричала, не видел её лицо, взгляд. Это был п**ец, Стас. Перед глазами до сих пор периодически всплывает эта картина... И ещё её слова "пожалуйста, не надо... не трогай меня". Ненормально это. Я уже давно начал подозревать, что у Инны в прошлом что-то плохое произошло, но ждал, что она, быть может, сама расскажет. А тут этот сон... Короче, не собираюсь я больше ждать. Узнай ты, Стас. Я должен понимать, почему она... такая, и что вообще было. Её обидел кто-то или как вообще?

– Я понял, – брат кивает и открывает рот, видимо, чтобы ещё что-то спросить, но его прерывает стук в дверь.

– Станислав Викторович, можно? – звучит голос.

Не особо приветливый и вежливый, надо заметить. Но Стас реагирует неожиданно – выпрямляется и растекается в довольной улыбке.

– Да-да, входи!

С трудом мне удаётся сохранить маску безразличия на лице, хотя я уже с любопытством смотрю на дверь. Сейчас в кабинете, видимо, секс-бомба, как минимум, должна появиться.