– Чёрт, менты уже давно здесь, какого хрена скорая едет так долго?! Это, бл*ть неотложная помощь!!!

В этот же момент из салона раздаётся тихий стон. Тут же перевожу туда взгляд. Смотрю на бледное, сморщенное лицо Инны. И в эту секунду мне кажется, что я чувствую всю ту боль, которую она сейчас испытывает.

Она словно и меня всего на части рвёт. И лучше бы так оно и было.

Она так и не отрывает ладони от живота. Переворачивается на бок и поджимает ноги. Пятно крови на брюках становится ещё ярче.

– Бл*ть, Стас, звони ещё! – резко разворачиваюсь на брата.

Он тут же достаёт из кармана мобильный и отходит от меня на шаг. Что-то тихо говорит в трубку, хмурится.

Вынимаю из подстаканника бутылку с минералкой, отрываю от футболки кусок ткани, смачиваю и протираю Инне лоб и щёки.

– Потерпи, малыш, ладно? Сейчас поедем в больницу.

– Глеб… очень больно…

– Я верю. Скоро всё пройдёт. Всё будет хорошо, Инна, я тебе обещаю.

Чёрт, паника мне просто кости выламывает. Никогда в жизни мне не было так страшно, как сейчас.

Снова смачиваю тряпку водой, задираю Инне рукава и протираю руки. В кровь ударяет дикая, неразбавленная ярость, когда взгляд цепляется за синяки на её плечах и красные отметины на запястьях. И в этот момент я жалею, что не успел забить этого ублюдка до смерти.

Лучше бы он сдох. Сука, лучше бы сдох. Нары для этой твари слишком лёгкая кара.

– Глеб, скорая в пробке стоит на выезде с кольца, – Стас скидывает вызов и убирает телефон в бардачок. – Там авария на две полосы, им даже по встречке не проехать. Надо ехать самим.

– Бл*ть! Стас, дай мне ключи от машины! Я отвезу Инну, а ты оставайся здесь. Проследи чтоб эта тварь ушлая с ментами не договорилась и его не отпустили.

– Они его не отпустят, Глеб. Менты в курсе, что я адвокат. Я предупредил их, что у меня тоже собрано достаточно материала на Александрова. И уж в этом городе у меня связей достаточно. Если они его отпустят, то лишаться не только должностей, но и под суд пойдут по полной программе. Они это прекрасно знают. За руль я тебя тоже не пущу, ты в таком состоянии не сможешь вести машину. Садись с Инной сзади, я за руль.

Захлопываю дверь в салон, сажусь на заднее сидение и кладу голову Инны себе на колени.

Бл*ть, у неё лицо бледное и губы начинают синеть. Я даже не хочу думать, от холода или от того, что она потеряла слишком много крови.

Сердце рикошетит об рёбра на ультра скорости. Словно всё моё тело превратилось в один сплошной пульс, который я чувствую каждой клеткой.

– Куда ты свернул? Питер в другой стороне!