Диего мгновенно прицепился к этой неудачно сказанной фразе:

— Как же, как же… Значит, немножко все-таки буду, не так ли?.. Значит, я могу хотя бы надеяться, что в этом якобы семейном бизнесе и для меня хоть что-нибудь найдется? Или мне всю жизнь продолжать менять цветочки в вазочке?..

Чтобы как-то разрядить напряженную обстановку, Мария сказала:

— Ну, не все сразу, не все сразу… Знаешь, прежде чем я стала модельером… Сколько мне довелось сделать черновой работы?

— Мне кажется, — холодно обрезал реплику сестры Диего, — мне кажется, что я и так уже достаточно поработал… И эту, как ты говоришь, черновую работу, научился делать не хуже кого-нибудь другого…

Мария вновь тяжело вздохнула.

«Наверное, придется пойти ему на уступки, — подумала Лопес, — тем более, что он по-своему прав… А я все-таки не успела оглянуться, как у меня выросли такие большие дети…»

Думая о «детях», Мария наверняка имела в виду, не только Хосе Игнасио, но и Диего, и Анну, и Эстелу — младших братьев и сестер… Мало ли у Марии было родственников, к которым она испытывала самые что ни на есть материнские чувства, за которых она чувствовала настоящую ответственность!

— Чего же ты хочешь, Диего?.. — спросила Мария, — чего ты от меня добиваешься?

Молодой Лопес сразу же повеселел.

— Ну, вот это уже совсем другой разговор!.. — воскликнул он, — это уже ближе…

— Чего же ты хочешь? Чем бы тебе хотелось заниматься в «Лопес продакшн»?

Диего вспомнил недавние наставления Джоанны — а перед тем, как решиться на разговор со своей старшей сестрой, девушка провела с ним довольно длительную подготовку.

«Старайся казаться тверже, — наставляла тогда его Джоанна, — тебе необходимо дать понять, что твое участие в “Лопес продакшн” точно такое же, как и Хосе Игнасио, и Виктора, и самой Марии… Не дай им себя одурачить, Диего… Прояви максимум твердости. Сразу бери быка за рога — настаивай на том, что следующим председательствующим в совете директоров должен стать именно ты, Диего Лопес… Понял ли ты меня, мон амиго?..»

— Чем бы тебе хотелось заняться?.. — Повторила свой вопрос Мария.

Твердо посмотрев на старшую сестру, молодой Лопес произнес:

— Сейчас истекает твой срок председательствования… И я хотел бы…

Произнеся эту фразу, Диего запнулся и пристально посмотрел на сестру, ожидая, какую же реакцию произведет это требование. Однако Мария повела себя совершенно спокойно — гораздо спокойней, чем ожидал Диего.

— Ты действительно хочешь этого?.. — спросила она. — Ты хорошо подумал, прежде чем сказать мне о своих притязаниях?..

И хотя это слово — «притязаниях», — прозвучало в устах Марии достаточно мягко, без отрицательной эмоциональной нагрузки, Диего недовольно поморщился.