Джоанна, отложив в сторону гребешок, обернулась к собеседнице.

— Извините, что я стояла к вам спиной, — сказала Девушка ровным вежливым тоном, каким обычно общаются с клиентами стюардессы в международных авиарейсах, — просто я и так вас прекрасно видела…

— Вот как?..

Джоанна кивнула.

— Разумеется…

— У вас что — на спине глаза?

— Нет, — улыбнулась девушка, — просто я вижу ваше отражение в зеркале… Так что же вас интересует? Почему я не взяла фамилию де Фалья?

Мария согласно наклонила голову.

— Конечно, извините меня за такую нескромность, но я все-таки хотела…

Джоанна небрежно махнула рукой.

— Ничего, ничего — можете задавать любые вопросы, можете спрашивать у меня все, что вас интересует… — Она завязала волосы в тугой узел и уселась в довольно-таки развязной позе, закинув ногу за ногу, рядом с Диего, на кровать. — Итак, вас интересует, почему же я, Джоанна Маклохлен, выйдя замуж, не взяла фамилию де Фалья?..

— Да…

— Да потому, что еще до знакомства с Майклом я снялась во множестве кино и телелент, и все в Голливуде знали и знают меня только под этой фамилией…

Мария несмело возразила:

— Но, ведь, насколько я понимаю, фамилия де Фалья тоже достаточно известна… Кстати, и не только в Голливуде, не только в Соединенных Штатах, но и тут, в Мексике…

Девушка, небрежно махнув рукой, поморщилась.

— Как же, как же, мой Майкл теперь — почти национальный герой Мексики. А может быть — и в масштабах всей Латинской Америки. Представляете, какой замечательный ряд героев — конкистадор Франсиско Писарро, аббат Бартоломей де Лас Кас, революционеры Панчо Вилья, Симон Боливар и Сапата, футболисты Пеле и Сократес, кокаиновый барон Пабло Эскобаро, Фидель Кастро, Че Гевара, какие-то там писатели — то ли Маркес, то ли еще что-то такое… Я, впрочем, все равно их никогда не читала да и читать не собираюсь… ну, и мой замечательный муж…

— У вас неплохие знания истории Латинской Америки, — заметила Мария.

— Поневоле появятся, когда имеешь дело с мужем-латиноамериканцем, или, как у нас в Калифорнии говорят — с латиносом, — кивнула в ответ Джоанна. — Так вот, когда мы с Майком только-только собирались расписаться, я сразу же поставила ему условие, что останусь непременно со своей прежней фамилией, с той, с которой стала известна, как актриса… Кстати, Майкл совершенно не был против этого, — добавила девушка.

— Да, — произнесла Мария, — ваш муж, дон Мигель Габриэль де Фалья — благороднейший человек. В наше время такое благородство встречается очень и очень редко…