По собственному жизненному опыту Мария прекрасно знала всю бессмысленность подобных расспросов — попробуй спроси у ребенка в любящей семье, кого он больше любит — папу или маму?..

Кроме этого, Мария была абсолютно убеждена, что эта жестокая девушка, которая ни во что не верит, которая в грош не ставит человеческие чувства, просто и сама не достойна любви — а особенно такой, которую испытывал к ней ее легковерный и влюбчивый младший брат, Диего… Она так же знала, что повинуясь слепому порыву, Диего может выбрать не ее, старшую сестру, а эту злую и бесчеловечную Джоанну…

При этом вопросе Джоанны, Диего втянул голову в плечи, словно ожидая удара, который должен был вот-вот на него обрушиться. Маклохлен, искоса посмотрев на своего воздыхателя, не без удовольствия подумала: «Наверняка он выберет меня… Меня, меня и только меня — а кого же еще?..»

— Ну, так что ты скажешь, — неожиданно изменив тон разговора, ласково спросила Джоанна, — скажи нам, мне и твоей сестре, кто из нас для тебя дороже?..

Мария с ужасом наблюдала за братом.

«Неужели… неужели он скажет, что…» — Мария даже мысленно боялась признаться себе в том, какие страшные, какие непоправимые слова могут сорваться с уст ее дорогого Диего.

Джоанна прищурилась, и, пристально посмотрев на молодого Лопеса, произнесла:

— Чего же ты молчишь?.. Я ведь жду…

Диего выдохнул не один горестный вздох:

— О, прошу тебя, Джоанна, не надо задавать мне такие вопросы…

Мария видела, как мучается ее любимый брат, будучи поставлен перед столь страшным выбором.

Джоанна начала нервничать.

— Диего, ты что, не хочешь сказать нам?.. Ты не хочешь сейчас же определить, кто из нас для тебя больший авторитет?..

Мария, посмотрев на Диего, увидела, как перекосилось его лицо. Казалось, еще вот-вот — и он расплачется, как маленький ребенок…

У Джоанны начали сдавать нервы.

— Диего…

Мария уже хотела было крикнуть на Джоанну, чтобы та оставила ее брата в покое, но тут случилось неожиданное — Диего, до сего времени бывший предметом их спора, выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью…

Джоанна, словно позабыв о присутствии Марии Лопес, зло погрозила своему возлюбленному:

— Ну, ты еще попляшешь у меня…

Эти слова окончательно укрепили Марию в мысли, что ее младший брат стал пешкой в какой-то непонятной и коварной игре Джоанны…