– Пусик где?

– Кто?

– Муж мой где?

– Не бейте меня. Я правда его не знаю…

– Где мой муж?

– Его сразу отпустили. Разобрались во всем и отпустили.

– Наверное, он дома уже, – с улыбкой успокоилась тетка.

Мужа ее менты отпустили сразу, еще когда поехали на адрес. Отстегнули от наручников розовой фифочки и указали на выход. Девица в халате говорила про убийство. А мужик слезно просился домой, к любимой жене, к своей Томе. Вот и отпустили его. Пожалели убогого. Ему еще предстоит с разъяренной женой объясняться. Мужик трусцой побежал к магазину, радуясь свободе.

Смотрит, а на дороге их сумка стоит. Жена, наверное, устала тащить и бросила поклажу. Это был битый жизнью и женой дядька. Он шустро подхватил покупки и поскакал в магазин рассчитаться и кое-что прикупить к столу.

К приходу жены он решил подготовиться. Оказалось, что он все так же горячо любит свою жену. Свою Томочку. И она его тоже любит. Вон как за машиной мчалась, не отставала. Чем до жути напугала ментов. Пусик стал гордиться своей женой. Его у любовницы предполагаемой отбить хотела. Он сейчас дома богатый стол к ее приходу накроет, и они вдвоем посидят, молодость вспомнят…

Тому, разобравшись во всем, отпустили. Пришел какой-то мужичок при погонах и стал разбираться с теми, кто за решеткой.

– Говорить по очереди. Сначала ты, с посудой на голове.

Тетка стоит, выпучив глаза. К кому обращается этот большой начальник?

– Говори. Нечего глаза тут пучить… Дуршлаг на башку зачем надела?

Когда ее с обеих сторон толкнули тощая и толстая, она поняла, что это к ней обращается строгий начальник. И вспомнила, что был у нее в руках дуршлаг. Только она думала, что его в погоне потеряла. Ан нет. Хоть дуршлаг сберегла…

– Он бежать мне мешал.

– На голову-то зачем нацепила?

– Так удобней было бежать… Он в руках мешался.

– Логично. Голову не жмет?

– Нет.