– Как насчет Лизы? – спрашивает Максим.

– Лизы? Ты думаешь, она специально наняла киллеров, чтобы от меня избавиться? Но за что?!

– Как это? Ты с ней встречался несколько лет, а потом вдруг оказался не тем, кем она желала тебя видеть. Вот и повод для сильного разочарования, а значит – мести. Верно? – спрашивает Максим.

– Это вряд ли. Наверное, разочаровал, да. Так ведь я же не виноват! В таком случае не меня надо казнить, а мою мамашу, которая столько лет скрывала, кто мой настоящий отец, – говорю мажорке. И потом: откуда у Лизы столько денег? Насколько я понимаю, нанять киллера – дорогое, так сказать, удовольствие. К тому же надо знать, к кому обратиться. Наконец, она же девушка.

– Могла у родителей занять. Накопить, наконец.

– Ага, ей тогда бы пришлось продать все её драгоценные погремушки, а она в них души не чает, – усмехнулся я, вспомнив безумную страсть Лизы к ювелирным украшениям. – Нет, она над ними, как Кащей чахнет. А вот родители… Нет, Максим, ты как себе это представляешь? Мам, пап, Сашка оказался не сыном миллионера, дайте денег на его убийство?

– Да, ты прав. Значит, Лизу из списка потенциальных заказчиков исключаем, – Максим проводит по имени девушки жирную черту. – Кто у тебя там следующий?

– Полагаешь, существует очередь желающих меня прикончить? – улыбаюсь я. – Меня, добренького безобидного Сашу?

– Ага, очень безобидного, – усмехается Максим и потирает шею. Там у нее виднеется здоровенный фиолетовый засос. Я скромно отвожу глазоньки. Признаюсь, моя работа. Немного силу всасывания не рассчитал, и вот такой результат.

– Я ведь уже извинился, – бормочу под нос.

– Ладно, живи, любовничек, – хмыкает мажорка. – То есть хочешь сказать, никому большого вреда ты никогда не причинял? Пойми, Саша, – её голос становится серьезным. – Если тебе есть что сказать, говори теперь, даже если это неприятно, обидно, больно и тому подобное. От того, насколько мы искренни сейчас, зависят наши жизни.

Я сижу и вспоминаю. Может, обидел кого злым словом? Но даже не дрался никогда ни с кем, откуда у меня взяться врагам? Ругаться тоже не люблю, вообще стараюсь ни с кем не конфликтовать. Покопавшись в памяти, отвечаю:

– Нет, Максим. Ничего не могу сказать. Биография моя чиста, как стёклышко.

– Хорошо, поверю, – отвечает она. – Теперь моя очередь. И знаешь, мне тоже нечего вспомнить.

– Может, есть на свете парень какой-нибудь, который в тебя безответно влюбился, а ты ему изменила? – хитро спрашиваю мажорку. – Некий юноша, которому ты обещала быть вместе, а потом внезапно оставила одного?