Правда, в Подольске я бы задерживаться не хотел. Слишком уж тут как-то всё… непривычно. Чужое, что ли. Потому жмусь поближе к Максим, которая, пока я по сторонам глазел, успела нас оформить в двухместный люкс, представив меня своим братом. Ну, это чтобы у людей провинциальных не возникало разных вопросов относительно… Того, что они могут услышать ночью.

А послушать, если бы у кого возникло такое пошлое желание, было бы что. Только сначала, едва бросив вещи на пол, мы с Максим отправились в душ. Вместе, поскольку давно планировали это. Сменяя друг друга, стояли под упругими струями тёплой воды, а после помогали намыливать наши тела. Это было как во сне, который наконец-то стал сбываться. Я стоял с флаконом геля в руке и, выливая на ладони, соединял их потом и клал на тело мажорки, неспешно растирая ароматную пену.

Не осталось у Максим ни одного местечка на теле, куда бы я не проник своими ловкими пальцами. Разве только лицо её трогать не стал, чтобы можно было целоваться, когда мы стояли напротив. Но всё остальное оказалось в моей полной власти. Я размазывал пену всюду, где мне только хотелось, особенное предпочтение отдавая упругой попке мажорки и его паховой области, иногда шаловливо проскальзывая в промежность. От этого любимая сладко жмурилась, как кошечка на завалинке от яркого солнышка.

Потом настал мой черёд наслаждаться прикосновениями Максим. Она также старательно намылила меня, превратив в нечто пенное, ароматно пахнущее и очень скользкое. Мы теперь напоминали какие-то инсталляции в музее современного искусства. Если нас в этот момент поставить куда-нибудь на видное место и хорошенько осветить, получится скульптура «Пенные любовники». У нас ведь только лица остались открытыми, и мы продолжали время от времени целоваться, и лишь когда насладились губами и языками, стали смывать пену.

Потом отправились в постель, и здесь впервые я попробовал то, чего так давно хотел, но всё как-то не получалось. Максим попросила меня войти в неё сзади. А я думал, в нашей паре анальный секс под запретом, хотя мне порой очень хотелось ощутить членом, какова попка моей мажорки изнутри. Делать это я начал очень медленно, чтобы не доставить любимой неприятных ощущений.

Сначала долго ласкал её анус языком, погружая внутрь маленький мягкий кончик. Затем, обильно смазав попку слюной, засунул сначала один палец, затем второй, третий… И так до тех пор, пока Максим доверчиво не раскрыла полностью своё темно-алое отверстие, готовое принять член. Я не стал медлить с этим, приставил головку к дырочке и неспеша надавил. Мажорка застонала, пришлось остановиться.