– Тебе больно? – спросил я.

– Ничего, всё хорошо, продолжай…

Я приложил еще немного усилий, и вот уже головка скрылась внутри, плотно обхваченная мышечным колечком сфинктера. Максим снова издала какой-то глухой звук, и я так понял, что она ухватила зубами простыню, чтобы её не было слышно. Но раз она не останавливает меня, значит, следую дальше. Постепенно, сантиметр за сантиметром, я входил в любимую, пока мой лобок не прикоснулся её ягодиц. Тогда только замер, ощущая, как горячее и мягкое пульсирует вокруг моего полового органа.

Ощущения были настолько волшебными, приятными и чудесными, что даже покидать не хотелось этой уютной норки. Так и остался бы там, но Максим ждала продолжения. Я видел это по тому, как часто и глубоко она дышит, мастурбируя себе рукой. Так она пыталась уменьшить неприятные ощущения – всё-таки заниматься аналом, если у тебя нет достаточного опыта в этом деле, не слишком приятно. Поначалу, конечно, я знаю по Лизе. А после «мозг словно взрывается изнутри яркими огоньками», – так она сказала однажды.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я начал двигаться, ускоряя темп. Максим стала стонать громче, но старательно закрывала себе рот, чтобы вся гостиница «Гринъ» не услышала, как ей сейчас хорошо. И мне, конечно же, тоже, только я просто дышал, не издавая других звуков. Смотрел на спину мажорки подо мной, проводил по ней руками, забираясь ниже, чтобы поласкать торчащие соски и грудь. Потом решил сменить позу. Мы легли на бок и продолжили наше интимное занятие.

Еще через несколько минут Максим прошептала: «Я хочу сверху». Что ж, пожалуйста. Я лёг на спину, а мажорка расположилась на мне. Взяла мой член в свою ладонь и теперь уже уверенно ввела в свою попу. Теперь она была хозяйкой положения и решала, как быстро или медленно двигаться. Оказалось, что в этой позиции мажорка хотела быть агрессивной наездницей. Она стала яростно насаживаться на мой член, вводя его так глубоко, насколько это было возможно.

Эта половая гонка, по-другому и назвать не могу, продолжалась минут десять, после чего я кончил в Максим, то ли не успев, то ли не пожелав выбраться из нее. Но мажорке это понравилось: всякий раз, когда мой орган сокращался, выстреливая сперму, она с улыбкой жмурилась, – наверное, я затопил её изнутри так же, как это делает морская вода, когда в глубине судна кто-то открывает кингстон. Только корабль мажорки, даже получив от меня порцию семени в трюм, тонуть не собирался. Максим, всё еще не выпуская меня из своего горячего нутра, довела себя до оргазма несколькими движениями руки, и теперь настала моя очередь ощущать, каково это, когда тебя заливает. Лишь после этого любимая обессиленно слезла с меня и легла рядом, переводя дыхание.