– Хорошо. Я подумаю, – сказала мажорка.

Мы поехали дальше, и я стал смотреть на автомагистраль. Делать это в японской машине оказалось просто: здесь место водителя справа, а входная дверь – слева, поскольку в Стране восходящего солнца левостороннее движение. Слева проносились автомобили, нас догнал белый автофургон. В салоне был водитель, он внимательно смотрел на дорогу. Когда машина оказалась параллельно нашей, боковая дверь внезапно поехала в сторону, и внутри я увидел человека. Он был весь в черном, на голове маска с прорезями для глаз, в руках – направленный в нашу сторону автомат.

– Ма-а-а-а-кс! – заорал я, прыгая на пол салона.

Глава 98

Глава 98

Но прежде, чем мажорка успела среагировать, автомат лихорадочно задергался в руках нападавшего, выплевывая свинец. Пули тяжелым горохом застучали по капоту минивэна, разрывая тонкий металл и пронизывая салон. Я лежал на полу, закрыв голову руками и крепко зажмурившись. Сверху на меня посыпались осколки, обрывки салонной обшивки, куски краски и пластика. Я лежал, сжавшись телом в крошечный, как мне казалось, комочек живой плоти, которая была насмерть перепугана и хотела только одного – выжить в этом кромешном аду.

Грохот автоматных выстрелов между тем продолжался, и пули теперь били вперед – туда, где сидела Максим. Но я ни слова не мог вымолвить от сковавшего меня ужаса, ничего сделать. Если бы имел оружие, то, возможно, попробовал отбиваться, чтобы отогнать стрелявшего, заставить его прекратить это уничтожение. Но с голыми руками против автоматического оружия не попрешь, и только повторял про себя, словно заклинание: «Не попади! Не попади!» Естественно, я хотел, чтобы все пули, эти маленькие смертельно жалящие кусочки свинца в цельнометаллической оболочке, летели мимо. Пусть изрешетят машину, превратят её в дуршлаг, но только чтобы не в Максим!

Внезапно минивэн резко вильнул в сторону, потом ещё раз, ещё и вдруг всё полетело вверх тормашками. Меня начало швырять по салону, который вдруг принялся крутиться вокруг своей оси. Потом раздался сильный удар, и я, крепко приложившись обо что-то головой, потерял сознание.

Сколько времени провел в беспамятстве, не знаю. Но когда открыл глаза, с большим трудом сфокусировав зрение, то картина предстала ужасающая. Стены минивэна были покорежены, словно огромная рука схватила его и попыталась сжать, смяв со всех сторон, как банку из-под пива. Повсюду валялись осколки, куски пластика и резины, почему-то обрывки выдранной с корнем травы и земля. Кажется, мы слетели с трассы и пропахали несколько десятков метров по полю.