Я быстро-быстро понеслась по зарослям травы. Я помню, мы бежали втроём точно так же. Я кричала во всё горло:

— Вам не догнать меня!

И кричу сейчас.

— Вам не догнать меня!

Я кричу, кричу и кричу. Из меня вырывается всё, что только есть. Мой визг проносится эхом на долгое большое расстояние. Неужели это и есть то, что в конечном итоге осталось от нашей дружбы?

Я ещё бегу. Ветер ударяет в лицо, а голосовые связки уже дают сбой. Я чувствую, как хрипота стоит в горле.

В конце, я просто падаю. Я смотрю назад: там закат, там деревья, старые трубы заброшенного забора, там небо, в ту сторону уехал Фил, а тех облаках путешествует Кевин. Я смотрю туда и вижу, как двое юношей несутся мне навстречу.

— Вам не поймать меня.

Я снова повторяю эту фразу, на это раз шёпотом, и только потом вспоминаю, что их больше нет.

ГЛАВА 32

ГЛАВА 32

Однажды мы с Филом поцеловались. Это случилось в его доме, когда он устраивал вечеринку для футбольной команды, но к нему ввалилась добрая половина старшей школы. Тогда я шла к нему по просьбе Эрики. Она утверждала, что это поможет мне отвлечься от того, что мой брат только недавно пришёл в себя и готовится к выписке из больницы.

Но Эрика бросила меня, выбрав Рэя. Она сказала что-то вроде: «Прости, Белл, я отойду на минуточку», но она растянулась на целых десять. Я старалась выпить как можно больше, чтобы на мгновение забыться. И ещё ко мне клеился какой-то парень не из нашей школы. Я ушла от него, потому что с ним было скучно, а мне хотелось веселья.

Всё изменилось, когда в дом вошёл Алекс. Я заметила его сразу, и мне стало противно от одного его вида. Я поднялась с дивана, оставив незнакомца в одиночестве, и пошла к Самитьеру. Я хотела ударить его. Прямо здесь. У всех на виду. Но чем ближе я к нему подходила, тем больше и больше на глазах наворачивались слёзы. Я не могла предстать перед ним или перед кем-то ещё зарёванной и жалкой, поэтому убежала в свободную комнату, чтобы никто не заметил, как я рыдаю.

Я всегда стеснялась слёз. Мне казалось, нет хуже проявления слабости, чем жалкие слёзы и всхлипы, какие бывают, когда кого-то задевают. Нет, я не хотела, чтобы хоть один человек в мире чувствовал ко мне жалость. Поэтому, было бы лучше просто закрыться ото всех.

Я вошла в одну из маленьких комнат, в которой почему-то никого не было. Я не знаю, была это комната Фила или его отца, но она была маленькой, и в то же время просторной. Я села на кресло, закрыла лицо руками и начала рыдать, что-то повторяя про себя.

Именно в этот момент в комнату и зашёл Фил. Он тоже был пьян, но не так сильно, как на других вечеринках. Он рушил всю мою гармонию. Он заставлял меня стыдиться.