По её лицу растеклась тушь, лицо приняло красный оттенок и какие-то раздражительные признаки.

— Где мы? — удивилась я.

— Это прачечная, — пояснила подруга. — Здесь мы стираем вещи.

Нас четверых приковали к разным углам комнаты я была возле окна, Эрика ближе к Рэю, который находился возле стены, привязанный к батарее, Грейс была рядом со мной, совсем близко к окну, но достаточно далеко, чтобы я могла дотронуться до неё.

— Что происходит? — спросила я у Эрики.

— Я не знаю, — замотала она головой. — Я ничего не понимаю. О Боже, мне так страшно, так страшно, Белл, сделай что-нибудь, Белл! У нас забрали мобильники! Рэй не приходит в себя! Рядом с ним прикован какой-то топор возле стены, о боже, ты видишь, Белл?

— Чёрт, — простонала я уставшим голосом. — Твою мать, твою мать.

Я чувствовала, как колотится сердце. Даже не смейте представлять себя на моём месте. Вы в полном неведенье. Вас пугает абсолютно каждый звук в комнате. Вы абсолютно без единой надежды. И это нельзя выключить. Это происходит здесь и сейчас, и от этого медленно начинаешь сходить с ума.

— Почему они не просыпаются? — закричала я, указывая на Рэя и Грейс. — Что происходит?

Силы ко мне понемногу вернулись. И теперь мне было этого достаточно, чтобы визжать на весь дом.

— Тихо, — шикнула на меня Эр, как только я прекратила свой короткий, но громкий визг. — Вдруг в доме кто-то есть.

— Но кто? — так же громко спросила я.

— Он…

На самом деле было и без того очевидно, что нас приковал к батарее именно маньяк, но я до последнего старалась отвергать эту мысль. Даже не смотря на то что я не могла объяснить происходящее с другой точки зрения.

— Давай делать что-то, — в панике сказала я.

— Что? — спросила она опустевшим голосом. — Единственное, что мы можем сейчас делать — это попытаться успокоиться.

— Успокоиться? — нервно встрепенулась я. — Как ты думаешь, тут можно успокоиться?

На мгновение мне показалось, что наручники, которыми меня приковали к батарее, недостаточно крепки, и это вселило в меня глупую надежду на то, что я смогу их оторвать. Бешено колотя руками в разные стороны, я дёргалась изо всех сил. Бешено и резво. Горячие трубы больно ударяли по коже, но это не останавливало. Я чувствовала боль, страх, панику. Я чувствовала всё: весь бешеный ритм донёсся до меня. Я вдруг осознала, где нахожусь. Я осознала, что в этом месте должно произойти что-то страшное.

— Это бесполезно, — внушала мне Эрика.

— Я хотя бы пытаюсь, — прошипела я на неё.