— Боже, — я покраснела и нервно засмеялась. — Вы всё ещё помните тот день.

— Такое забудешь, Мороз. Наглая козявка ворвалась к нам на смотр, диктуя свои правила. Я с самого начала поняла, почему Совинькова вдруг примчалась ко мне и упрашивала взять тебя. Уже тогда было понятно, что ты не уступаешь по характеру этой рыжей бестии.

— Вы думаете у меня есть шанс?

— Честно, — она посмотрела куда-то мне за спину и призадумалась. — У тебя их нет. Я видела, что вытворяет Синицына на тренировках. Ты явно задела девчонку, и она наконец-то начала работать в полную силу. Я боюсь, что Кристина обойдёт Виолетту и Лизу, настолько она сейчас хороша. Будет смешно, конечно, когда эти курицы поймут, что их уделали. Но если всё будет так, как я говорю — то тебе нет места в призёрах.

— Тогда зачем я здесь?

— А разве ниже пьедестала мест и званий не существует? Там куча спортсменок, которые мечтают сойтись с тобой в честном бою. Твоё время ещё придёт, Мороз. Все видят какая ты. Знают, что ты из себя представляешь. Когда в этом году старички покинут свой пост, ты по праву займёшь их нишу. И никто не посмеет возразить такому раскладу.

— То есть вы не расстроитесь если я не получу медаль?

— А разве я должна? — пожав плечами, переспросила старший тренер. — Я пусть и говорю, что вы все мои звёзды и должны забирать все первые места, но я же не дурочка. Я знаю, что и в других школах достаточно прекрасных воспитанников, достойных своих мест и баллов. Я буду гордиться тем, что спортсмены нашей страны заняли всю пятёрку сильнейших на чемпионате мира. И знать, что ты часть этой пятёрки, с чистейшим прокатом и высокими оценками — это уже счастье.

— Спасибо вам, Ирина Владимировна.

— За что? Мне кажется, ты должна гнать меня вилами и кричать как сильно ненавидишь. — Усмехнувшись, подметила Славянская. — Все так делают, если ты не заметила.

— За всё. За то, что не оставили тогда у Академии с сумками и бумагой с отказом. За то, что тратили силы на меня и мои попытки выполнять что-то качественно. Я рада, что попала в Академию и что именно вы стали моей наставницей. Я всегда буду с гордостью говорить, что росла в группе Сияющих.

— Я рада, что ты не видишь во мне то чудовище, которым я являюсь на самом деле. Спасибо тебе, Мороз. Двери Сияющих всегда открыты для таких, как ты.

— Знаю, — я улыбнулась ей, и впервые за долгие годы, проведённые под её руководством, получила ответную улыбку. — Вы тоже волнуетесь?

— Смешно, не правда ли? Я ведь не выступаю, а стрессую больше, чем в свои юношеские годы, когда была полноправной участницей соревнований. Это ты ещё не видела, как Русаков на себе волосы рвёт перед стартом парников на таких стартах. Вы то на льду и особо не смотрите на то, как мы реагируем. Зрелище… Весьма удручающее, кончено, но безумно смешное. А ты думаешь, почему он так рано лысеть начал? Вот, всё поэтому. А Валимов вообще чудо. Он становится гипер-серьёзным и делает вид, будто он злой наставник и готов покусать учеников за каждую ошибку. Но ты прекрасно знаешь кто такой Илья, и как он себя ведёт. И вот мы, три грозные мегеры, подплываем к борту и наблюдаем за вашими прокатами. Я иногда смотрю мнения разных критиков, где обсуждают наши кислые лица и получаю колоссальное удовольствие.