— Ты писал её для Каролины.

— Я помню, Тань. А теперь посмотри на последовательности шагов. Только один человек мог восстановить их в такой точности.

— Хочешь сказать… — спохватилась Татьяна.

— Она не просто так вышла в форме Мороз. Тут что-то нечисто.

— Посмотрим по прыжкам. На разминке она еле ноги волочила. — Татьяна затаила дыхание, когда Фет подошла к первому прыжку. — Тройной Аксель, а потом тройной Аксель в каскаде. Вроде по плану идёт.

— Только если, — Кирилл не успел договорить, потому что на зал обрушились бешеные овации. — Что это только что было?

— Это было первое в мире исполнение четверного Риттбергера среди женщин, — с долей недоверия ответила Татьяна. — Но его же нет в заявке…

— Кажется это был обманный ход.

И теперь на льду писалась совершенно иная история. Она уже не рассказывала о девушке, которая тринадцать лет шла за долгожданным золотом. Она повествовала о юной спортсменке, поломанной профессиональным спортом и злыми взглядами. Девочке, что в свои пятнадцать лет могла составить конкуренцию всем взрослым представительницам этого направления. Она жила в музыке, а музыка жила в ней. Она выбралась из той тьмы, из которой обычно не возвращаются. Она писала новую историю, став главным героем.

— Невероятно, — Кирилл затаил дыхание. — Четверной Флипп и следом четверной Сальхов. Этот ребёнок вообще стоять то сможет?

— Там каскад должен быть последним. Я не уверена, что ей хватит сил даже в три оборота его прыгнуть.

— Лутц Риттбергер? Если я верно всё просчитал.

— Скорее всего. У неё больше не осталось свободных прыжков.

Только вот все слишком недооценивали этого ребёнка. Она была бойцом и профессионалом, которого выковала «Академия Сияющих». В её лексиконе не было понятий — не могу и не хочу. Она не знала усталости. Особенно, когда на кону стояло золото. Её золото. Наше золото.

Она прекрасно понимала, что значил мой поступок, и почему я преподнесла ей такой подарок. Я сделала свою ставку, а значит — положение фигур на шахматной доске изменилось. У нас появился шанс быть первыми. И теперь — она не могла его упустить.

Анастасия Фет зашла на каскад и исполнила его.

— Тань, она…

— Она только что прыгнула четыре четыре. В сложнейшей комбинации.

— Это вообще реально?

— Не знаю. Но я не уверена, что Славянская на это бы решилась.