— Господи, Скайлар, — пробормотал Киллиан.

Я напряглась, чувствуя осуждение.

— Я знаю, что это было ужасно так поступить с ним.

— Это не так… Я переживаю за тебя.

Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.

— Мики должен был знать, что ты не в том положении, чтобы ясно думать о чем-либо, не говоря уже об отношениях с ним.

— Возможно. Но я и не из тех, кто обвиняет кого-то в том, что он не защитил меня от себя. Мои действия мои собственные.

— Я все еще виню его, — проворчал он.

Я рассмеялась и расслабилась в его объятьях. Спустя некоторое сладкое молчание, я ухмыльнулась и спросила:

— Так как и когда потерял свою девственность ты?

— Давным-давно.

Я игриво шлепнула его.

— Так нечестно. Поподробнее.

Он усмехнулся.

— Ладно. Мне было четырнадцать.

— Срань господня. Почему парни всегда еще такие молодые, когда теряют девственность?

— Не все парни, — не согласился Килл. — У меня был друг в университете, который потерял свою, когда ему был двадцать один. Мы так долго праздновали это, что пятеро из нас получили алкогольное отравление.

Я фыркнула.

— Окей. Не все парни. Но четырнадцать? Вау.

Киллиан пожал плечами.