Её большие, самые необычные на свете глаза потемнели. Взгляд стал сконцентрированным и серьезным. А через минуту молчания, она уже обессиленно шептала:
— Чего ты хочешь? Что с тобой происходит, Джеймс? Что ты чувствуешь ко мне? Не отталкивай, если я нужна тебе! Зачем играешь со мной, если ничего не…
— Потому что я люблю тебя! — гневно прокричал я, от чего мои глаза вспыхнули.
— Что ты сказал?
— Я сказал, что люблю тебя. Удивлена? Этого ты добивалась? Окей. Я люблю тебя, Эрика! До безумия.
Моё сердце обещало с минуты на минуту выпрыгнуть из груди. Сказанное не укладывалось в голове. Слова Джеймса до сих пор эхом проносился в голове. Я должна была улыбнуться, подойти и крепко обнять его, облегченно вздохнув, потому что не безразлична человеку, который стал для меня важным. Но вместо этого, то ли в состоянии шока, то ли не веря сказанному, лишь отрицательно качала головой.
— Не говори этого, — почти что умоляла я его. — Прошу, не поступай так со мной, если не уверен. Не говори слова, от которых потом откажешься.
— Ты серьезно? — вспыхнули моментально его янтарные глаза огнём. — Я, черт возьми, в любви тебе признался! Сказал то, чего никогда никому не говорил. Наплевал на всё, что со мной происходило эти дни, пока я боролся с чувствами, а ты реально думаешь, что это игра? Я послал всех девок, которые вились вокруг меня. Да я ни на кого кроме тебя смотреть не хотел, бл…ин!
Я молчала. С каждым его словом мне становилось больно. Больно от того, с каким разочарованием он смотрел на меня.
— Джеймс, я…
— Я идиот только потому, что ввел и себя и тебя в заблуждение. — тихо, почти без эмоционально, со стеклянным выражением лица, выплюнул он. — Забудь. Всё забудь. Больше тебе не придётся страдать от моих игр. Они закончены.
И он ушёл. Просто оставил меня и, сжав кулаки с такой силой, что ещё немного, и продрал бы до кости, ушёл. Я видела его отдаляющуюся спину, слышала слова, что отголоском проносились в голове, и первая слеза коснулась моей шее, спадая до ключицы.