— Вы полагаете, что ваш сын для меня бесплодная мечта?

— В какой-то степени — да. Он не вашего круга, не вашего социума. Эта разница между вами очень скоро обнаружится.

— Так что конкретно вы хотите от меня, Фаина Витальевна? — Мире не терпелось уже закончить этот разговор, надоело слушать и спорить. Всё равно эта женщина не поймёт её, не примет, не смирится. Может, она права — они слишком разные? Сейчас, когда Мира влюблена в Диму, он и кажется ей идеалом, но вот потом… кто даст гарантии, что он не такой, как его мать? Ведь он вырос рядом, ею воспитан.

— Отпустите моего сына, я прошу вас, — она вернулась, села на стул, — вы видите, я пришла с миром, я пытаюсь вам объяснить свою точку зрения и то, что я, благодаря своему жизненному опыту, вижу намного дальше и знаю, чем всё может кончиться. Один мой сын уже сделал неверный шаг и не просто развёлся, а разочарован, Диме я не хочу подобного. Мира, прошу вас, подумайте над моими словами. И сделайте правильные выводы.

— А если ваш сын не захочет отпустить меня? — Мира пристально посмотрела ей в глаза.

— Вы умны, вы найдёте доводы, которые его убедят его, он послушает.

— Но я люблю вашего сына, — Мира впервые за весь разговор сказала о своих чувствах. Наивно подумала, что этот последний аргумент как-то смягчит мать Данилевского.

— Вот ради любви к моему сыну и отпустите его, дайте ему возможность стать по- счастливым настоящему. С вами он не будет счастлив. Надеюсь, вы подумаете над всем тем, что я вам сказала, — с этими словами она поднялась с места, вышла в коридор, холодно попрощалась с мамой Миры и покинула квартиру.

— Деточка моя, прости, но я почти всё слышала, — мама стояла на пороге комнаты. Мира протянула к ней руки. Они обнялись. — Не плачь, мое сокровище, не надо. Беды не случилось, все живы.

— Что мне делать, мамочка? — слёзы катились по щекам Миры. Опять она плачет из-за Данилевского, теперь уже из-за его матери и всего того, что ею было сказано.

— Ты, правда, любишь этого мальчика? — мама стала вытирать ей слёзы.

— Правда, мамочка, Димка мне бесконечно дорог. Я не хочу его отпускать, даже жить без него не хочу.

— А он? Он тебя любит?

— Любит, мама. А сегодня сделал предложение.

— Тогда береги своё счастье. Береги и, если понадобится, борись за него. Когда-то твоему отцу тоже говорили, что я ему не пара, он же из очень хорошей семьи, интеллигентной, а я из простых. Правда, тогда не было такой социальной разницы между людьми, так не кичились богатством. Однако твой отец никого слушать не стал, и мы прожили, пусть и не так много, но это были самые счастливые годы жизни. Мирочка, девочка моя, нет гарантий, как на счастье, так и на беду. Мы не обладаем даром прозорливости. Поэтому — иди вперёд, строй свою жизнь сама, ошибайся, обжигайся, но живи своим умом, слушай своё сердце, — она крепко прижала к себе дочь. — Мальчишка, правда, хороший?