Никогда не испытывал зависимость, всегда одиночкой был. Сам не понял, как могло все настолько измениться.

Моя. Навсегда. Со мной должна остаться. Не за деньги, не по контракту. Потому что любит. Так же сильно, как влюбился я.

Приревновал, да. Сам от себя не ожидал, что так накроет, когда посмотрел видео, которое прислал Вавилов.

Как встает перед ним на колени. Полураздетая. Видно, что против воли, вся трясется от омерзения. Понятно, что поддалась на шантаж, но блядь…

Почему не послала его нахер, не позвонила мне? Ведь поняла, что играет с ней, издевается. Откуда столько жертвенности? Готовности отдать всю себя ради близкого?

Хотел бы я, чтобы и ради меня на все была готова? Вот на такое, как на записи – точно нет. Пусть до траха не дошло, но и того что было оказалось достаточно, чтобы в ярость впасть. Взбеситься.

И ведь понимал, что предъявлять ничего права не имею. Не те отношения.

Как вышло, что стал как к своей женщине относиться? Как прокралась в душу эта зависимость, от которой нет лекарства. Одержимость.

Поначалу точно не было планов увязать в отношениях с Лидией настолько. Даже не думал об этом. Трахал в свое удовольствие. Когда успела так глубоко под кожу залезть?

Постепенно стал злиться, что за бабло со мной. Решить проблемы Лидии было проще простого. Не понимаю, в какой момент мне стало недостаточно. Когда приоритеты поменялись.

Но Лидия не только не позвонила, когда появились настоящие проблемы. Она вообще пропала.

Вышвырнула из памяти сразу.

Уговаривал себя, что это неважно. У нас товарно-денежные отношения. Только секс. Но что-то царапало внутри все сильнее. Бесило дико. Разрушительное чувство не могло не вылиться наружу уродливым проявлением, от воспоминаний о которых хочется сдохнуть.

Она появилась в клубе, когда моя злость достигла максимальной точки кипения. После еще одного сеанса просмотра видео. В самый неподходящий момент, когда я почти выполнил свое намерение нажраться в дрова. Чтобы стереть картину, застывшую перед глазами. Моя женщина на коленях, перед другим мужиком.

Выть хотелось. Появление Левона с девочками немного отвлекло. Но стоило увидеть Лидию, бледную, с искусанными в кровь губами, как все вернулось.

Лживая игрушка, которая умудрилась пробить броню. Злоба уже даже не на нее, а на самого себя – куда разрушительнее. Я никогда и никому не позволял подобраться настолько близко.

Раньше считал, что можно купить любую. Какую бы маску ни нацепила очередная сладкая красотка, видел насквозь. Меня невозможно было обмануть.

Проблема в том, что у Лидии не было масок. Даже поступок с бывшим мужем был бесхитростным. Бесконечно глупым, жертвенным, но искренним в своем проявлении.