— Что тебе не нравится в моих словах? — свирепеет Фарид. — Слово любовь? Тебе больше нравится быть подстилкой? Тварь, я знаю, что ты снова у него была. Грязная потаскуха. Даже в клубе ему дала, да? Ничего, я вытравлю из тебя эту похотливость, я…

Кажется, в этот момент я сама лишаюсь разума. У меня нет сил выслушивать оскорбления, бросаюсь на Фарида, в попытке прорваться к выходу. Я не думаю про оружие в его руке, ощущение, что я уже мертва, и попала в кромешный ад.

— Сука! — Фарид бьет меня по лицу наотмашь. С такой силой, что отлетаю, падаю на ковер, который смягчает боль. Волосы закрывают лицо, во рту появляется привкус крови, губы саднит.

— Ты меня слышишь, тварь? Или ты моя, или я тебя грохну, к матери своей отправишься!

— Это ты, — откидываю волосы с лица, дышу тяжело. — Это ты убил маму. Будь ты проклят! С ненавистью смотрю ему в лицо.

— Я никогда не буду с таким уродом! Можешь сразу убить!

Жуткие глаза Фарида становятся еще безумней. Ощущаю это сумасшествие всем телом, оно заполняет пространство, когда вижу дуло пистолета прямо перед своим лицом. На удивление, страха нет. Возможно это адреналин или защитная реакция организма.

Лицо обжигает, искры из глаз, я падаю лицом в ковер. В ушах звенит, голова взрывается болью. Наверное, это конец, — пробегает мысль, и все мое существо охватывает желание покоя. Но оно длится секунду, а потом сильный грохот приводит в чувство. Оглушающие крики, переходящие буквально в визг Фарида.

— Как ты смеешь, мерзавец? Пошел вон отсюда! Она моя! Моя, понял? — орет как безумец. — Она никогда не простит тебе, ты убил ее мать. Ты слышишь, Ульяна? Это он! Сама спроси!

Не понимаю, в какой момент появляется Арслан. Я не вижу ничего, мое лицо залито чем-то липким.

— Заткнись, — удар, неприятный, бьющий по нервным окончаниям звук хруста человеческой плоти.

— Будь ты проклят за то, что посмел поднять руку на отца!

Фарид отвечает, но разумеется, ему не под силу справиться с опытным бойцом, пусть Арс сильно измотан после вчерашнего боя. У него, возможно, после вчерашнего не только гематомы, но и сломаны ребра, но сейчас он будто и не помнит об этом.

Приподняв голову вижу на ковре свою кровь. Когда мне удается сесть и вытереть лицо, сжавшись в комок, с ужасом наблюдаю, как Арслан избивает отца. Из-за меня. И пусть секунду назад я всей душой желала сама убить проклятого извращенца, но сейчас меня охватывает ощущение неправильности происходящего. Так нельзя. Но я не могу пошевелиться, не могу остановить Арслана, даже если бы хотела. Все что остается — беспомощно наблюдать за жуткой дракой.