— За что?

— За все. Что оказался таким слабаком, обидел тебя. За то что допустил сегодняшнее…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сдавливает в объятиях сильнее, даже кости хрустят. Его дрожь и мне передается. Поражаюсь тому, что Арс может не скрывать свои чувства, слабости. Как же я благодарна за это. Его искренность наполняет меня новыми силами.

— Прости меня, — повторяет глухо мне в волосы. — Я люблю тебя, Ульяна. Никогда ничего подобного не чувствовал. Без тебя дышать нормально не могу… И при этом никому столько боли не причинял. Убить самого себя хочется.

Слезы застилают глаза, такого поцелуя еще не было. Он перемешан со слезами. Меня трясет от эмоций.

— Я не могу винить тебя в том, что ты выбрал сестру, — всхлипываю.

— Я не выбирал, Ульяна. Она пыталась покончить с собой. Я надеялся вытащить ее. Устроил в больницу на днях. Видимо, она сбежала. Если бы проблема была только в откровенности… Саида угрожала, что если ты все узнаешь, она точно себя убьет. Я лишь пытался выиграть время. Черт, ну и семейка у меня. Это же кошмар просто. Отец — похотливый маньяк, сестра — убийца.

— Ты в этом не виноват, — прижимаюсь крепче. Уходим с кухни, перемещаемся в мою спальню. — Ты останешься на ночь?

— Я тебе уже сказал.

— Если не выгоню? — улыбаюсь грустно. Как будто такое возможно! — У меня всего одна кровать.

— Я не трону тебя. Не сегодня. Пусть будет мне наказанием за то как вел себя.

— Ты сделал мне очень больно, — дрожь пробегает по телу. Я все еще не могу поверить, что вернулся тот, прошлый Арс. Который хотел меня безумно. Хотел быть со мной постоянно. Он признался мне в любви! Раньше я думала, что от этих слов испытаю невероятную эйфорию. Все оказалось иначе. Но и день особенный. Самый страшный, не считая дня, когда мамы не стало.

— Я понимаю, что пережить такие новости нереально. И прощения за свои поступки я не жду, — Арслан внимательно разглядывает меня. — Но если ты дашь мне шанс, я его не выпущу из рук.

— С одним условием, — произношу едва слышно. — Ты больше не дерешься. Я не хочу больше видеть тебя на ринге, никогда!

Мы разговариваем почти всю ночь. Иногда замолкаем, погружаемся в дрему, потом снова обсуждаем что-то. Я спрашиваю несколько раз, не хочет ли Арслан позвонить в больницу. Он проверяет телефон. Саида шлет сообщения. Фарид пока жив, но в критическом состоянии.

— Мы давно отдалились, стали совершенно чужими людьми. Отец требовал все больше подчинения. Мне же хотелось свободы. Даже драки в клубе были своеобразным вызовом ему. Его бесило это занятие.