Робкий стук в дверь. Распахнула дверь, наблюдая за топчущейся за ней девушкой. Алиса, с подносом какой-то еды и горячим напитком выжидающе смотрела на меня.

— Я могу войти? — сейчас она выглядела иначе, не такой, как сегодня утром. Тихой, сожалеющей и виноватой.

Посмотрела на напиток, что дымился на подносе. И пазл потихоньку стал складываться. Алиса, кабинет Элеоноры, чай. Потом все пошло по одному месту. Сергей и Тим. И она, маячащая в проёме той злополучной комнаты.

— Что я тебе сделала? Чтобы ты так со мной поступила?

— Я... Извини, я ведь не сама, — не стала даже отрицать.

Не сама...

— Мне было велено дать тебе это вещество, но я не знала, для чего все это делается, — она отставила поднос на пол и сделала шаг ко мне. В ее глазах блестели слезы, руки тряслись. — Ты же знаешь, я бы никогда... Никогда...

Я смотрела на нее, такую жалкую и несчастную и не испытывала жалости. Ни грамма. Человек сам вправе выбирать, как ему поступать и сваливать всю вину на кого-то одного не правильно.

— Кто тебя об этом попросил? — в глубине души, я уже знала ответ на этот вопрос, но нуждалась в подтверждении. Мне так не хотелось верить, что этот человек оказался таким гнилым.

— Элеонора... — Алиса пустила слезу и закрыла лицо руками.