Надо же… она даже выяснила информацию о моем прошлом. Забавно. Только и я была уже не той наивной, впервые влюбившейся девочкой, что встретилась на пути Данила. И совершать те же ошибки я больше не собиралась.

На этот раз Лина не стала выяснять отношения, давя на совесть и мужскую гордость Кирилла, лишь поставила его перед фактом, предоставив необходимые медицинские справки — срок беременности шесть — семь недель. Она настаивала на собственной верности, подтверждая слова Максима. Кто, если не Воронцов? В дни, когда Кирилл развлекался на стороне, она, как примерная невеста, ждала его возвращения. Репутация Лины была ей только на пользу — холодная, расчетливая, строгая… Одним словом, она не производила впечатление неразборчивой гуляющей девушки, и, чтобы она пошла по стопам Воронцова, должно было случиться что-то серьезное. Но даже несмотря на это, уверенность Кирилла в собственной «непричастности» обнадеживала.

Поэтому и на встречу к Ольге мы ехали с желанием узнать все, что той известно. И от решительно настроенного Кирилла она бы ничего не смогла утаить. Впрочем, она и не особо старалась скрыть что-то. По одной простой причине — она совершенно не интересовалась амурными похождениями своего мужа после развода.

— Нравилась ли Ангелиша Михаилу? — Ольга сморщила аккуратный носик. — Конечно. Кирилл, тебе ли не знать, что она многим нравилась. Но надо отдать должное моему бывшему — пока мы были связаны браком, налево он не ходил. Репутация дороже. Хотя Лина не любила ездить к нам, когда Керцев был дома. По крайней мере, я не раз замечала его интерес к ней. Но пока он сохранял видимость крепкой ячейки общества, мне было глубоко фиолетово, на кого он там заглядывается.

— Даже если его интересовала ваша подруга? — я совершенно не понимала таких отношений. Что Кирилл с Линой, что Ольга с Михаилом… неужели для них материальная выгода была настолько важна? Я не могла представить себя в браке с человеком, к которому я бы не испытывала никаких чувств.

— Кира, — вздохнула девушка, — ты забываешь, что, несмотря на штамп в паспорте и кольцо на безымянном пальце Керцев был мне совершенно чужим человеком. Я даже детей от него не планировала! А он хотел, — усмехнулась она. — Разве это важно, что я смотреть на него не могла? Стерпится — слюбится, как раньше говорили. Но рожать от нелюбимого — нет, спасибо. Конечно, дети в нашем браке подразумевались, но… когда — нибудь потом. Ты должна понять меня, как женщина женщину — слушать нытье мужика о том, что он хочет ребенка, ужасно напрягает.