***

Айрис Мартин была одной из тех журналисток, которые готовы пойти на многое, чтобы заполучить настоящую сенсацию. Кто-то считал ее беспринципной (коллеги), кто-то — занозой в заднице (полицейские), но никто не посмел бы обвинить ее в лени или халтуре. Если уж она и бралась за какое-то дело, то выполняла его на все сто процентов.

Поэтому уже много дней, с тех самых пор, как стало известно о поджоге паба «Браммингтон» очередным лондонским психопатом, она жалела о несостоявшемся интервью с Эми Томпсон. Конечно, даже ей самой было не по себе при мысли об исезновении девушки, с которой журналистка разговаривала лично, но факт оставался фактом — Айрис облажалась, когда не взяла то дурацкое интервью.

Она уже даже видела яркие заголовки:

ПОСЛЕДНЕЕ ИНТЕРВЬЮ ЭМИ М. ТОМПСОН. ОЧЕРЕДНАЯ ЖЕРТВА ФРЭМПТОНА?

Громкие, пугающие, но правдивые — именно такие, какие Айрис хотела бы видеть под своим авторством.

Когда Эми позвонила ей сегодня вечером, предлагая встречу, Айрис подумала, что свихнулась. Она просто сидела, покусывая кончик карандаша, и бессмысленным взглядом пялилась в стену.

— Не может быть, — в итоге произнесла она, тут же набирая своему оператору, — не может быть! — воскликнула она, когда увидела Эми в офисе.

Уже было поздно, поэтому в здании оставалось мало людей. Никто не мешал. Айрис светилась от счастья, пока подготавливала вместе с оператором импровизированную площадку. Фойе с темно-зелеными диванами и высокими потолками подходило как нельзя лучше для интервью. Оставалось только выставить свет.

— Пожалуйста, не тушуйся, — сказала Айрис, кивая в сторону одного из диванов, — садись туда. Постарайся не смотреть в камеру, когда начнем.

Журналистка пыталась подбодрить интервьюируемую, немного раскрепостить, но наткнувшись на стену полнейшего непонимания, бросила это дело. По виду Эми было непонятно, почему она вообще решила дать интервью, но хотя бы явно не из-за жажды славы. Если бы Эми была одной из тех выскочек, которые вечно мечтают популярности, ее история никого бы не заинтересовала в той степени, что ожидала журналистка.

Айрис направила лампу на стену, но подумав, опять передвинула ее. Стоило журналистке оказаться рядом с диваном, как до нее донесся едва различимый голос Эми.

— Не раздражайся понапрасну. Я знаю, что тебя она бесит, но все же.

Эми повернулась и, наткнувшись на взгляд Айрис, испуганно вздрогнула, а та, различив наушник под шапкой Эми, неловко улыбнулась.

— Сними шапку, пожалуйста. Давай я дам тебе расческу?

Когда с приготовлениями было покончено, а возле Эми появилась камера, время пустилось в галоп. Эми старалась не закрываться в себе и сосредоточилась на вопросах. Первые были простыми — имя, прошлое место учебы и работы, а вот после них Айрис начала свою игру, пытаясь сделать все возможное, чтобы заполучить ту самую «сенсацию». Она явно планировала показать слезы в кадре, чтобы спровоцировать отклик аудитории. Поэтому когда на вопрос о родителях Эми болезненно поморщилась и отвернулась, удовлетворенно закивала головой.