– Нет.

Он снова целует. Тело пробирает легкая дрожь. От прикосновений, ласк, от того, что он стоит тут, передо мной. Сорвался, приехал…

Так сильно хотел увидеть?

– Как ты добрался?

– Почти без пробок, пару раз тормозил попить кофе.

– Всю ночь без сна. Ты сумасшедший.

– Я влюбленный, – шепчет мне на ушко. – И голодный.

Почему-то последние слова звучат в моей голове двусмысленно. Мозг на какое-то время блокирует реакцию на его признание, но когда я прихожу в себя, то начинаю учащенно дышать.

Влюбленный? Он? В меня?

– Е-ва?!

– Я очень рада, что ты приехал, – говорю, затаив дыхание.

– Может, вы дальше входной двери пройдете? – спрашивает появившаяся в прихожей мама.

– Да-да, – бормочу, отрываясь от Валиева. Если бы я даже захотела, то не смогла бы отскочить от него резко. Все мои реакции сейчас максимально заторможены, а в животе порхают огромные розовые бабочки.

– …из Ленинграда на машине в новогоднюю ночь?

Мама переспрашивает это у Марка уже в третий раз. Мы сидим в большой комнате за столом, на котором еще несколько часов назад красовались новогодние салаты. Я, моя мама и Марк… Никогда не думала, что такое вообще возможно.

– Да, – он снова кивает.

– Как интересно, – безэмоционально выдает мама. – Нужно, наверное, Савку разбудить, завтракать сядем… Савелий! – кричит, направляясь в комнату брата, а у меня от ее вопля лопаются барабанные перепонки. Замечаю, что Марк тоже морщится.

– Не обращай на нее внимания, ладно? – говорю, понизив голос. – Она у меня своеобразная.

– Ты переживаешь за меня или за себя?