— Тебе честно или как всем? — горько усмехнулась она и отвернулась к окну, глядя, как на асфальте пузырилась вода и ручьями текла вдоль бордюра. Перевела взгляд на ателье и ощутила как тепло стало в груди. Ее собственное маленькое дело, которое она открыла два года назад. «Золотые ручки» предоставляли услуги по пошиву и ремонту одежды. Это было отдушиной для Нины, сюда она сбегала из дома. Посвятила себя работе, когда сыновья выросли и уже не нуждались в ней. Наняла себе хороший коллектив и трудилась день и ночь над заказами. В пятьдесят пять выглядела намного моложе своих лет. Больше сорока ей никто не давал, благодаря сохранившейся фигуре, ухоженности и современному стилю одежды.

— Ясно, — прорычал он, понимая все без слов, слишком хорошо помнил, как она жила. Выходит, ничего не изменилось с тех пор. — Как Саша и Миша? — перевел он тему.

Улыбка появилась на губах җенщины, отражаясь теплом в глазах. Ее мальчики. Ради них, ради безумной любви к ним отказалась от Жени.

— Саша женился, у него в прошлом году дочка родилась, так что я теперь бабушка. Миша в столице, учится на юридическом, — с гордостью поведала Нина. — А ты… Ты счастлив? — спросила, а сама боялась ему в глаза смотреть. Грудную клетку так сдавило, что кислорода не хватало. Мокрая одежда раздражала, но в то же время остужала горящую кожу. Нина плавилась под пронзительным взглядом Макарова и жидкий металл тек по венам, обжигая изнутри.

— Смеешься? — спросил он с горечью в голоcе. — Как я могу быть счастлив, если мы не вместе? Мне пятьдесят три года, так и работаю судебным приставом, не женился, детeй нет. Все ждал, когда ты одумаешься. Как там твой муж поживает?

Столько обиды сквозило в его голосе. До сих пор не простил, что она выбрала семью, а не его? Но как она могла поступить иначе? Дети у нее всегда были на первом месте. Не могла она лишить сыновей отца, они ведь его любили. Не важно, что Вова никогда ее не ценил, главное, что не бил. Муж раньше все для семьи старался сделать, работал, детям внимание уделял. Вот только Нина от него никогда ни похвалы, ни ласки не получала, чтобы не делала, всегда виновата была в чем-то, всю жизнь угодить не могла. А когда открыла свое ателье и стала на работе пропадать, так Вова вообще с цепи сорвался… Часто выпивать стал. Нет, он не буйный, никогда руку не поднимал, но вот языком жалить умел. Казалось бы, за столько лет должен был выработаться иммунитет к яду, а нет. Каждый раз его слова сильно ранили ее. Не могла Нина пожаловаться Жене, он бы точно убил Володю.