— Что ты имеешь в виду? — фрау Марта насторожилась.

— Богатство, связи, планы, стремления? Я живу в золотой клетке и даже не могу пользоваться свой жизнью, не могу любить кого хочу, ходить куда хочу, работать там, где хочу.

— Лиля, ты драматизируешь, — ушла от ответа мать.

Она гордо вышла из спальни дочери, и Лиля опять услышала поворот ключа в замке. Она села на кровать, обессиленно свесив руки: разговор прошел впустую. Но когда через несколько дней на пороге спальни появился Петр, она вдруг поняла, что мать действительно хочет ей счастья.

Лиля от радости бросилась на шею к своему похитителю и стала исступленно целовать его. Петр ответил, и ее сердце забилось от волнения.

А дальше все завертелось совершенно непредвиденно, и мать показала свои истинные планы. Лиля переводила взгляд с Петра на маму, слушала злобные приказы отца и не понимала, что происходит.

Девушка была в шоке. Она вдруг увидела своих родителей в ином свете. Она, наивная дурочка, думала, что мама на ее стороне, поэтому пригласила Петра в дом, чтобы дочь не страдала.

А получается… О боже! Что же это получается? Ловушка? Родители через нее вытащили Петра из берлоги?

Лиля зло смахнула слезы и прислушалась к словам Петра.

— Марта Эриковна, скажите мне, какое правило этого дома я нарушил?

— Да, мама, скажи? — Лиля выскочила вперед. — Что мы плохого сделали? За что вы с нами так поступаете?

Девушка сжала кулаки и готова была броситься на мать. Ее ясные серые глаза походили сейчас на грозовое небо. Пухлые губы сжались в тонкую нить.

— Рот закрой! — прикрикнула на дочь мать.

— Спасибо, мамулечка. Что означают твои слова? Я тебя породила, я тебя и убью?

— Ты рехнулась, дочка! — немного смутилась фрау Марта. — Мы тебе добра желаем.

Но Лилю было уже не остановить. Как раз то состояние, когда мышка, загнанная в угол, готова растерзать кошку.

— Странное ваше добро! — сквозь зубы процедила она и схватила за руку гостя. — Меня держите чуть не на цепи…

— Лиля, — мать по-настоящему испугалась, — замолчи! Люди слышат!

— Не могу! Одного друга избили до полусмерти, он теперь тени своей боится, — девушка уже кричала, — другого, как зверя, гоняли по лесам. Настя прячется от моих телохранителей в туалете! А теперь… — Лиля захлебывалась слезами, — а теперь…

— Тише, тише, малыш! — Игорь обнял ее за плечи и прижал к себе, но она вырвалась.