Сердце сжалось остро и болезненно, по спине пополз ледяной озноб…

Паника затопила сознание. Лихорадочная и суетливая, требующая взбежать по лестнице, забыв обо всём на свете, заставляющая нетерпеливо стучать кулаком в стену лифта, пока кабинка поднималась на нужный этаж, вынуждающая грызть искусанные губы, не ощущая боли…

Я даже не пыталась действовать тихо. Повернула ключ в двери, заскочила в абсолютно тёмную квартиру, скинула туфли, бросила сумочку на тумбочку… Дура, я даже не переобулась в сапоги в офисе…

Неужели Тоха спит?! Хоть бы правда спал…

Прошла по коридору, мельком оглядела пустую тёмную кухню. Вернулась в проход, свернула в комнату…

Замерла на входе, вдруг нелепо задохнувшись воздухом… Знала же, и всё равно не ожидала…

В проёме большого окна отчётливо выделялся знакомый одинокий силуэт — Тоха стоял спиной, привычно глядя вниз, на освещённую фонарями улицу. Даже не повернулся, хотя явно слышал, что я пришла…

Подавила внезапно вспыхнувшее желание метнуться обратно в прихожую, схватить сумку и снова убежать из дома — всё, я убедилась, что с этим человеком всё хорошо, смотреть в глаза и оправдываться перед ним я не хочу… По инерции сделала осторожный шаг назад…

— Свет включи, Ань.

Вздрогнула. Медленно выдохнула…

Протянула руку, нажала на клавишу минимальной подсветки, тускло осветившей зал мертвенным белым светом. Чёрт, и пульта под рукой нет, чтобы настроить какое-нибудь развесёлое салатовое или оранжевое освещение…

Антон наконец повернулся ко мне, пряча ладонь в карман домашних штанов. Другую руку опустил вниз, пальцами удерживая полупустой коньячный стакан. Неторопливо обвёл глазами комнату, прежде чем поднять на меня тяжёлый взгляд исподлобья…

В груди вопреки всему стало тепло — я почему-то всё равно рада его видеть…

Затаила дыхание, с трудом сглатывая слюну и опуская голову, до одури боясь встретиться с ним глазами… Где-то на краю сознания промелькнула мысль о том, что Денис, пожалуй, был прав, и надо было привести себя в относительный порядок…

Затянувшееся молчание оглушало незримым грохотом канонады. Сердце обливалось кровью, и мне стало на миг жутко от ощущения, что оно просто сейчас остановится…

— Как давно, Ань?

Почему-то испытала облегчение, граничащее со счастьем, слушая этот обманчиво-тихий родной голос, полный скрытой горечи… Бесполезно уже врать, да? Он всё знает…

Озноб прошёлся по телу, лениво разгоняя под кожей противный холод и концентрируясь в позвоночнике. И всё-таки я почему-то бесконечно рада быть сейчас дома…

— Как давно, спрашиваю? — Антон повысил голос, отпуская с натянутого поводка бурлящие эмоции.