Живот неприлично урчит, поддакивая моему возмущению.

— На этот раз ты считаешь калории? — Маруська откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди. — В прошлом месяце было интервальное голодание.

- Нашла неплохое приложение, — я стараюсь не обращать внимания на ее саркастическую усмешку и рассказываю о том, что успела оценить в приложении.- Смотри, тут даже есть считыватель штрих-кодов и ты можешь добавлять свои собственные рецепты и рассчитывать калории…

Маруська слушает меня с таким выражением лица, которое лучше слов говорит «оно мне надо?». Я прекращаю рассказывать.

— Ты же в курсе, что без физических нагрузок все твои диеты — фигня?

— Ненавижу спорт!

Маруська со мной полностью соглашается. Всю старшую школу и годы в университете мы обе дружно просидели на скамейке для освобожденных. Благо, ее мама работает в поликлинике и может достать любые справки.

Мой телефон пиликает, сообщая о новом смс.

— Так, идем забираем тот пугачевский прикид, — перевод на карту поднимает настроение, я залпом допиваю чай и расцветаю в улыбке впервые за день.

— Твой анимешник наконец прислал остаток за книгу?

— Да, не могу поверить. Он каждый вечер засыпал меня новыми главами, а с оплатой месяц тянул! Отбил всю охоту читать книги для взрослых!

— Зато ты теперь знаешь в чем пойдешь на выпускной.

***

Мы приобрели чудо-тунику, в которой я похожа на один большой страз на ножках. Чтобы поднять себе настроение и потратить остаток от перевода, я предлагаю заглянуть в книжный. Хочется «закусить» привкус от прочитанного второсортного порно чем-то качественным. Я прохожу мимо полок с классической литературой в поисках по-настоящему мощного автора. Оруэлл? Подойдет. Беру «Скотный двор» в новеньком переиздании и подхожу к Маруське.

Книга, которую я редактировала несколько месяцев назад, уже переместилась с полки «нон-фикшн» в «бестселлеры». Подруга делает фото и выкладывает его в сторис.

— Прикинь, ты теперь звезда! — комментирует она, отмечая меня на фото. — Следующее интервью возьму у тебя.

— Не трать время, популярность мне не светит, — цокаю я, вертя книгу в руках. Моя фамилия значится последней после редакторов издательства. — Вся слава всегда достается писателям.

— Скажи это «Цензорам», — Маруська несет книгу на кассу, — любой автор удавится за шанс оказаться у них в руках.

— Они — другое дело. Они задают тренды в мире литературы.

— Кстати, что ты планируешь на остаток дня?