— Лэйн, — прошептала мама, и ее голубые глаза наполнились слезами.
Я продолжила, прежде чем эмоции от моего решения обрушаться на меня.
— Я останусь здесь, — сказала я и почувствовала, как тяжесть мира спала с моих плеч. — Дом дяди Гарри будет моим домом. Я возвращаюсь сюда навсегда. Мне надоело быть вдали от вас всех. Кончина дяди Гарри показала мне, что здесь мое место. Со всеми вами. Мое место дома.
Множество рук обхватили меня, и я услышала тихие всхлипы радости и облегчения, которые, как я знала, исходили от моей матери. Я обняла каждого из членов своей семьи и заверила их, что говорю совершенно серьезно. Я возвращалась домой.
— Роман, — выдохнула я, когда моя семья отпустила меня. — Все это очень тяжело воспринять, и я хочу поговорить со своим другом.
— Ты можешь воспользоваться соседним кабинетом, — предложил Джеффри, вставая из-за стола.
Я поблагодарила Джеффри и прошла в большую смежную комнату, где стояло несколько коробок. Я, не теряя времени, достала телефон и набрала номер Романа.
Он ответил после пятого гудка.
— Алло? — его голос звучал хрипло, и именно тогда я вспомнила, что в Нью-Йорке очень рано.
— Прости, Ро, — я поморщилась. — Я забыла о разнице во времени. Не хотела тебя будить.
— Не страшно, — заверил он меня после долгого зевка. — Я рад, что ты позвонила. Ты в порядке? — я уже собиралась ответить, как вдруг он резко вдохнул. — Черт, прости, — сказал на выдохе он. — Ты только что похоронила своего дядю. Конечно, ты не в порядке.
Я села на единственный стул у окна на другом конце комнаты.
— Я в порядке, но позвонила тебе не для того, чтобы говорить об этом, потому что я просто заплачу, а мне так надоело плакать.
— Тогда по какому поводу ты звонишь? — спросил он.
— Не знаю, с чего начать, — простонала я.
— С самого начала? — предположил Роман. — Это самое подходящее место для начала.