Ливия выглядит уже более сосредоточенной и собранной, нежели утром. Тогда по ее движениям, голосу, взглядам отчетливо виделось волнение, сейчас она менее дерганная и серьезная — передышка пошла на пользу. Включаю негромко музыку, и некоторое время мы едем в молчании, хотя в голове множество вопросов, которые вертятся на языке, но задавать их сейчас не хочется. Первой сдается Ливия и, откашлявшись, обеспокоенно говорит:

— Ты…

— Я не говорил о тебе, — поворачиваю немного голову, видя, что девушка держит в руках фотоаппарат, который я не сразу заметил. Сперва внимание было приковано к ее соблазнительной фигуре, а не к камере, висящей на шее.

— Оу, — тихо бормочет колючка, не отрывая взгляда от фотика.

— Я могу сказать, если хочешь.

— Что именно? Что я была твоей горничной?

Lamborghini тормозит на красном, и я кошусь в ее сторону, на сжатые пальцы и хмурое лицо.

— Я могу сказать, что мы знакомы, не вдаваясь в подробности.

— Не стоит, — тихо говорит Ливия, отрицательно качая головой.

— Значит, делаем дальше видимость, что мы не знаем друг друга? — задаю двусмысленный вопрос, намекая на то, что нас связывает не только уборка номеров, и ухмыляюсь.

— Это лучше, чем быть в глазах твоих друзей горничной, которой просто хотели залезть в трусы на спор! — твердо произносит Ливия, наконец, поднимая сердитый взгляд. Хмыкаю и нажимаю на газ, набирая скорость. Она до сих пор помнит этот дебильный спор. Все-таки слабый пол придает значение незначительным вещам, о которых парни со временем могут забыть. Обижаются на мелочи, любят преувеличивать и выдумывать какую-то несуществующую хрень. Знала бы Ливия, сколько девушек нас окружает каждый день, имена и лица которых очень быстро забываются. Краткосрочные связи рассчитаны только на то, чтобы расслабиться и утолить физические потребности. Никто не забивает голову ненужным «мусором», его быстро выкидывают.

— Ты помнишь только это, Ливия? — прищуриваюсь, кидая на нее пытливый взгляд, но колючка молчит, и остаток пути мы проводим в напряженной атмосфере.

Паркую машину возле дома Эванса, где они живут с Джи, и отвечаю на входящий, шагая к пляжу. Солнце почти скрылось за горизонтом, волны тихо разбивались о нагретый за день белый песок, а недалеко звучал знакомый мотивчик, доносился запах жареного мяса и голоса друзей. Я обернулся, глядя на молчаливую и ушедшую в себя девушку.

— Лив, — негромко окликнул ее, разворачиваясь спиной. Ливия настороженно посмотрела, и на лице засияла широкая улыбка. — Не парься, ладно? Расслабься и наслаждайся вечером.