— Нет, наоборот, — резко опрокидываю ее на песок, нависая сверху, но Ливия выставляет ладонь и хмурится.

— Прекрати, — охлаждает мой пыл беспристрастный голос. Колючка морщится, когда капельки воды с моих прядей падают на ее щеки и губы.

— Почему? Ты же меня любишь, — мурлыкаю и провожу носом по шее, вдыхая аромат цветов и ее кожи.

— Уверен? — повышает голос Ливия и легонько ударяет кулаком по груди. — Я живой человек, мне это надоело вообще-то.

Она настойчиво отталкивает и быстро поднимается, тяжело дыша.

— Я тебя не понимаю, — брови Осборн сходятся на переносице от недовольства. — Разберись, наконец, в себе, Габриэль.

Грубо хватаю колючку за руку и стальным голосом произношу:

— Присядь, мы не договорили.

— Мы договорили полгода назад, — отрезает Ливия и разворачивается, чтобы уйти, но я с силой усаживаю ее рядом и сжимаю запястье.

— Так бы сразу сказала, что обижена, нехер выделываться, — зло бросаю, прищуриваясь, но ответ Осборн удивляет. Особенно издевательский смешок.

— Ладно, если ты так хочешь поговорить… — Ливия самоуверенно заглядывает в лицо, чуть поднимая подбородок. — Проблема в тебе, Габриэль. Твое поведение неприемлемо, оно любого доведет до ручки. Если тебе кто-то дорог — неважно, близкий друг это или любимый человек — ты его держишь и не отпускаешь. Но когда твоей добротой постоянно пренебрегают — рано или поздно терпение заканчивается. И отпусти, мне больно.

Чем дольше я смотрю в карие глаза, тем больше злюсь: на себя, на Осборн, на наш дебильный разговор.

— В тот раз… Я не хотел тебя обижать, прости, — спокойно произношу, унимая ярость.

Ливия какое-то время молчит и с горечью усмехается, покачивая головой.

— Я тебя давно простила. Не раз. Я устала считать твои «прости, я не хотел». В тот день была последняя капля. Для тебя это забава, но не для меня, — с каждым словом Осборн я все больше мрачнею и теряю самообладание. — Я попросила отпустить руку, а не сжимать сильнее, чтобы сломать.

— Я же сказал, что погорячился тогда…

— Я не навязывала тебе свое общество, как ты того пожелал, — говорит Ливия тихо, но четко, поражая своим бесстрашием. — Поэтому перестань себя вести, как ребенок, у которого отбирают игрушку, — с иронией добавляет колючка, без какой-либо грусти, еще больше взрывая мой мозг своей беспечностью и самоуверенностью.

Громко матерюсь и ржу, посылая весь этот цирк на четыре стороны. «Любимые игрушки держат всегда при себе», — ухмыляюсь своим мыслям и в упор смотрю на полную решимости Осборн. Плевать. Ее милое сопротивление напротив вызывает желание играть дальше. Новый уровень с финальным боссом. Даже глаза загораются от предвкушения. Она рано расслабилась и почувствовала победу, но малышку ждет разочарование.