Два дня спустя, когда самолет приземлился в аэропорту Неаполя, я, поправив чехол с гитарой за спиной, сел в такси и назвал адрес отеля. От предвкушения с лица не сходила довольная гримаса, пока из окна разглядывал архитектуру древнего города.

Я прилетел в сумерках, когда зажигались вывески на ресторанчиках, кафе и фонари на набережной, а улицы заполнялись людьми. Лето, сезон туристов, поэтому было многолюдно. Через открытое окно постоянно доносились радостные голоса и разговоры на итальянском или других языках. Пока такси, попав не единожды в пробки, дотащилось до «Romeo», я проклинал этот город у подножия Везувия.

Зарегистрировавшись и получив карту-ключ, уточнил у администратора нужную информацию и направился в другой номер. Чем ближе подходил, тем шире становилась улыбка, а внутри все пылало от возбуждения. Постучав и еле сдерживаясь, чтобы не взорваться, стал отсчитывать секунды. Три. Два. Один…

Да… Да, ради такой реакции Осборн стоило сюда переться. Когда она открыла дверь, в карих глазах читался шок и сомнение. Наверное, колючка увидела воплотившийся кошмар наяву — такое выражение исказило ее лицо, что я даже хохотнул.

— Лавлес, — тихо выдохнула девушка. — Что ты здесь делаешь?

— Какая ты неприветливая, дорогуша, — обиженно проворчал и без приглашения завалился в номер, бросая чехол с гитарой рядом с диваном.

Упал на мягкую поверхность и подложил руки под голову, устало вздыхая:

— Я так запарился с перелетом.

Осборн скрестила сердито руки на груди, нависнув надо мной неприступной скалой. Прошелся оценивающим взглядом по загорелым ногам в шортах и встретил два сверкающих угля на красивом лице. Карие глаза Ливии горели от гнева, я чуть не присвистнул от удовольствия. Давно так не развлекался.

— Что. Ты. Здесь. Делаешь, — она говорила спокойно, с расстановкой, но в каждой букве читалось негодование.

— Что я делаю в твоем номере или в Италии? — произнес с издевкой и зевнул, рассматривая злющую колючку. Блаженство.

Она прищурилась и поджала губы, раздраженно вздохнув.

— Я зашел в гости, а в Италии у меня дела, — лениво потянулся и кривовато улыбнулся от удовольствия.

— Дела, — сухо повторила Ливия, не разрывая зрительного контакта. — В Неаполе и в этом отеле.

— Ага, — чуть не заржав, подтвердил кивком с серьезным видом.

— Уходи, я работаю, — бесстрастно бросила колючка, ни капли не поверив, и села на пол возле окна.

С любопытством приподнялся, только сейчас замечая разбросанные повсюду фотографии. Паркет превратился в разноцветный калейдоскоп из снимков. Взял парочку, но они показались одинаковыми. Локации одни и те же… Присмотревшись внимательней, я понял, что на фото разные люди и время суток.