Даша начала спорить со мной, огрызаться по поводу и без. Приказы не обсуждаются, но Даше было на это плевать. Я пытался поговорить с ней по-хорошему, объяснить, что своими пререканиями она подрывает мой авторитет перед бойцами. Она не понимала этого. Или не хотела понимать?

Максимум, что я мог — ответить ей грубостью. Наказывать Дашку рука не поднималась. Была бы она мужиком, давно бы в морду дал. Но она же девочка. Моя девочка.

В то же время, вопросов по службе у меня к ней не было. Сослуживцы хвалили Дашку за её упорство и смелость. Её стали охотнее брать на задания, потому что могли положиться на девочку, как на себя. К лету Дашка дослужилась до капитана. По-честному, как и хотела.

Я гордился Дашей. И как её мужик, и как командир. Я видел, как важно для неё то, чем она занимается. Как солдат Даша была безупречна, но не как моя девушка. Её жёсткий неуправляемый характер контролировать становилось всё тяжелее.

Мне казалось, что она своего щенка любит больше, чем меня. Рекса она гладила, сюсюкалась с ним, кормила и следила за его прививками.

Я завидовал собаке?

— Иногда мне кажется, Даша, что я тебе совсем не нужен, — как-то напрямую сказал я ей об этом.